Заняты всего два столика: за одним сидел тощий старик с длинной бородой старообрядца, за другим — два мужчины лет тридцати пяти, еще не растерявшие военную выправку и жесты. На меня посмотрели с интересом. Наверное, догадались, что русский, а раньше не видели здесь. За стойкой стоял крепкий тип с густой темно-русой шевелюрой, подстриженной коротко, и усищами, как у Будённого, одетый в клетчатую зелено-желтую рубашку и сверху черная жилетка, как у приказчика. Кулаками опирался на стойку, будто собирался вот прямо сразу выматерить меня и выгнать вон.
Поздоровавшись на русском языке, я заказал бокал сотерна. Это вино изготавливают из винограда, покрытого «благородной» плесенью, что случается не всегда, поэтому стоит недёшево.
— Восемь франков, — объявляет бармен, поставив передо мной бокал, наполненный желтоватым вином.
Я положил на стойку купюру в десять франков, показал жестом, что сдачи не надо, и произнес:
— Мне сказали, что здесь бывает господин Анатра Артур Антонович.
— Заходит иногда, — сказал он.
— Мы с ним знакомы по Одессе. Не передадите ему записку? — спросил я.
— Если зайдет, передам, — ответил бармен.
Я положил на стойку сложенный лист бумаги, на котором в кабинете директора авиазавода написал, кто я такой, что случайно узнал, что он здесь бывает, что нахожусь в Париже проездом, что остановился в «Рице», пробуду до утра, что, если есть желание, можем встретиться, а если получит записку поздно, пусть оставит в отеле номер телефона, я позвоню, когда приеду в следующий раз.
— Теперь в «Риц», — приказал я таксисту.
Вот уж где ничего не меняется.
Портье узнал меня и, поздоровавшись и улыбнувшись, спросил:
— Номер с кабинетом и видом на площадь? Правильно?
— Поражаюсь вашей памяти! — честно признался я, заставив его расцвести от счастья, после чего попросил, назвав фамилию: — Мне могут позвонить. Соединяйте в любое время.
— Обязательно! — заверил он и вручил ключ от номера, не спросив никаких документов.
Богатым клиентам они не нужны.
Артур Анатра позвонил около семи, когда я уже собирался в ресторан.
— Вы уже поужинали? — спросил он после обмена приветствиями.
— Только собрался, — признался я."
"— Давайте встретимся в ресторане вашего отеля и поужинаем вместе, вспомним молодость, — предложил он.
— С превеликим удовольствием! — согласился я.
Сидеть на улице было холодно, поэтому все посетители были во внутреннем зале ресторана.