Предполагалось, что Тимохин действует от имени некоего лидера Земли, где тем временем готовили команду дипломатов и учёных. Эта процедура была нелёгкой и протекала в спорах, поскольку Китай, арабские страны и Индия настаивали на полноправном представительстве. Пока эта история тянулась, Тимохин был обязан сдерживать космических гостей — мягко, дружелюбно, но при нужде всей мощью своих крейсеров. Решив усилить флотилию, он отдал приказы о передислокации «Старфайру» и «Сибири», а также «Барракуде», которая шла от орбиты Юпитера.
Посредник молча глядел на Тимохина — кажется, ждал, что тот продолжит.
— Мы готовы доставить на Землю ваших представителей. Группа в двадцать-тридцать человек разместится на крейсере с комфортом, и их отсеки будут считаться вашей суверенной территорией. Чем плох подобный вариант?
Моргана что-то чирикнула. Выслушав её, Айве сказал:
— Мы не можем покидать Корабль на длительный срок. Здесь созданы… созданы физиологически необходимые условия. Воспроизвести их на вашем транспортном средстве нельзя.
— Тогда рассмотрим другую возможность. Скоро прибудет миссия с Земли, и первый этап взаимного ознакомления мы проведём в пространстве.
Но это тоже не устроило посредника. Он хотел, чтобы огромный корабль фаата опустился на Землю, и его настойчивость казалась Тимохину всё более подозрительной. Конечно, легче контролировать неподвижный объект, но где гарантии, что этот летающий монстр приземлится? Оказавшись рядом с планетой, он мог открыть враждебные действия, а бой у границ атмосферы, над городами, лесами и океанами, почти наверняка завершился бы экологическим катаклизмом.
"Впрочем, такого поворота событий Тимохин не допускал, считая, что он хозяин положения. «Суздаль» висел перед огромным кораблём прикрытый двумя крейсерами — «Викингом» и «Волгой»; «Сахалин», «Памир» и «Ланкастер», три тяжёлых рейдера, окружали пришельца с трёх сторон, а в промежутках между ними находились ещё шесть боевых единиц. Тактическая схема «кольцо», которую использовали для распыления астероидов… Последний уничтожили лет семь назад, и был он никак не меньше звездолёта фаата.
Понимал ли это Айве?
Если понимал, то это, кажется, его не волновало.