Оформлен подарок был не совсем опрятно, и я догадалась, что он от ее внучки Юли. Я улыбнулась и распаковала конверт. Внутри был сложенный вчетверо лист. Я развернула его и моя улыбка стала шире. Юлечка подарила мне рисунок многоярусного свадебного торта, на вершине которого были улыбающиеся жених с невестой. У невесты были до того наведены красным губы, что рот занимал почти половину лица. А бабочка жениха частично скрывала его смокинг. Но тем не менее, для шестилетнего ребенка Юля хорошо рисовала. Я аккуратно сложила листок и положила его в ящик ночного столика.
Я подняла взгляд и увидела Таню, смотрящую на меня выжидательно.
– Передай Юле мою благодарность, – произнесла я. – Скажи, что я получила огромное удовольствие от ее подарка. А еще скажи, что я в восторге от ее мастерства.
Таня расслабила плечи и легонько склонила голову.
– Спасибо, Амалия Александровна. Она будет счастлива услышать ваши слова.
Таня снова кивнула и вышла из комнаты.
Как только я набила рот блинчиками, в комнату вошла мама.
– Доброе утро, Амалия.
– Доброе утро, мама, – пробубнила я с полным ртом, отчего она скривилась.
– Я еду за твоими цветами, вернусь через час. За это время, будь добра закончить свой завтрак и принять душ. Алла с девочками будут здесь примерно в десять. У нас будет всего три часа на сборы.
– Хорошо, мама, – ответила я, проглатывая остатки пережеванного блинчика. – А почему ты едешь лично? Разве их не должны были доставить?
Мама изящно махнула кистью руки.
– Они, конечно, все напутают, как на свадьбе Маргариты. Так что я решила лично проконтролировать процесс.
Я кивнула и засунула еще кусочек блинчика в рот, решив не рассказывать маме о том, что Марго сама отменила лилии на свою свадьбу, и выбрала пионы. В противном случае сестре грозила лекция каждый месяц минимум по часу.
***
Приготовления заняли, как и предрекала мама, три часа. Последний штрих – ритуалы невесты и платье.
– Ты будешь выглядеть в нем невероятно, – с восторгом произнесла она.
Оля с Марго аккуратно достали платье и положили его на кровать. Мы с мамой так долго спорили о том, каким должно быть мое платье. Я едва отвоевала для себя отсутствие длинного шлейфа, огромного кринолина и белоснежного цвета."
"Мое платье было нежным.