– Доброе утро, Игнат Константинович, ― обратилась ко мне экономка.
– Доброе.
– Вчера приезжала бригада. Они начали грунтовать стены в правом крыле. Говорят, что им нужен окончательный проект комнат.
– Амалия займется этим.
– Но дизайнер…
Я посмотрел на экономку, слегка прищурившись.
– Марина Степановна, чем вам так не угодила моя жена?
– Ой, что вы, Игнат Константинович! ― испуганно воскликнула она. ― У вас замечательная жена. У нас с Амалией…
– Я слишком долго вас знаю. Ну?!
Она отшатнулась от моего резкого тона.
– Я не…
– Вы уволены.
– Что? ― безжизненным голосом прошептала она, резко побледнев.
– Уволены. И своих приспешниц прихватите за собой. У вас час на сборы. Сергей Ильич!
– Доброе утро, Игнат Константинович, ― дворецкий появился через минуту. Как всегда, невозмутимый и готовый принять любые жизненные повороты.
– Марина Степановна и все горничные уволены. У них час на то, чтобы покинуть мой дом. Пускай их отвезут в город. ― повернулся к теперь уже бывшей экономке. ― Расчет получите на днях, я передам помощнику, чтобы занялся этим вопросом.
– Хорошо, ― прошептала она, опустив голову.
– Сергей Ильич, как только они уедут, все остальные свободны. Оплачиваемый выходной.
– Простите, и Ланье?
– Все. Ланье пусть сделает заготовки для ужина, дальше мы сами.
Я видел, как на лицо швейцара рвалась улыбка, но он изо всех сил ее сдерживал. Мне и самому хотелось улыбаться. И я делал это практически все время, пока несся по дорожке, отбивая стройный ритм кроссовками.
Ама проснулась спустя два часа. Я сидел в столовой и пил кофе, просматривая новостную ленту. Я услышал шаги на лестнице, которые были сначала довольно быстрыми, потом замедлились, а у подножия она и вовсе остановилась.
– А где все?
– Доброе утро, жена. А меня тебе мало?
– Вчера ночью тебя мне было много, ― ответила Амалия и задорно усмехнулась.
Я окинул ее взглядом с головы до ног.