Моё настроение стало сдуваться как воздушный шарик, без фиксации выпущенный в воздух.
— Алан… я тут обедала с подругой… и увидела тебя. Это твоя новая пассия, заменяет меня?
— Остановись… — угрожающе предупредил её Алан.
— Хм… почему это? — откинув одной ладонью волосы за плечи, спросила она. И я понимаю, что она пьяна.
— Потому, что не советую.
— Да? Ну ладно… вот только ответь мне на вопрос, что ты в ней нашёл? — и посмотрела на меня, а я постаралась скрыть всю нервозность своего состояния. Как здесь не занервничать, если тебя оскорбляют.
— Вон пошла…
— Вон пошла… — передразнила она его. Даже я понимаю, что ей это с рук не сойдёт и не знаю почему, но становится её жаль, хочу как — то сгладить ситуацию, влезаю туда, куда не стоило.
— Я Вас прошу не стоит, Вы очень красивая девушка и… — она мне не даёт завершить фразу.
— Что? Да — а… я красивая и прекрасно это знаю, а ты и ногтя моего не стоишь — мельтеша перед лицом своим когтистым ногтем и плевалась словами. — А понятно… ты из этих из чистоплюек… — и чёрт меня дёрнул рот открыть, в какой — то момент мне показалось, что она меня ударит. Не могу сказать, что я смогла бы ей ответить тем же… нет, не смогла бы… и очень разволновалась. Алан не выдерживает, встаёт из — за стола.
— Ты пожалеешь, что открыла рот на меня и мою жену — её красиво подведённые глаза расширились в удивлении.
— Жена?! Ты что ещё и женат был?! Как же я Вас ненавижу, всех Вас толстосумов!
Алан раздражённо манит пальцем охранника, который стоял поодаль от нас. Он тихим голосом, обращается к брюнетки:
— Ну ты из себя здесь мученицу не строй… тебя хрустящей купюрой помани, ты босиком побежишь — подошёл один человек из нашей охраны.
На душе неприятный осадок. По лицу Алана было видно, насколько он напряжён. Обед был испорчен и встал поперёк горла. Если её миссия заключалась испорть настроение Алану и его жене, то она удалась. Он взял десертное меня и стал разглядывать его строгим взглядом.