Хм… жена… ещё недавно я боялся этого слова. Вновь откусил хрустящее яблоко, сладкий сок которого, брызнул и задел все мои вкусовые рецепторы…
Открываю аккуратно двери, не забыв закрыть за собой на защёлку. Наблюдаю картину, от которой моё сердце немного изменило ритм, совсем чуть — чуть, но изменило. Блять… она меня волнует… Юля сидела на диванчике, уже с переплетённой причёской в две косы. Лицо румяное, губы приоткрыты и чуть влажные. Очень сосредоточена, меня не замечает, на ней лёгкий сарафан, бретеля которого свисала с одного плеча, подол задрался, оголяя ноги до середины бедра.
— Что ты делаешь, — спокойно спросил.
— Я… хочу сделать чётки, — просто ответила она.
— Просто хочешь сделать или кому — то.
— Эм… кому — то.
— И кому же?
— Вообще — то это должно было быть сюрпризом, но раз ты уже здесь, то и сюрприза не получится.
— Ты делаешь их мне?
— Да.
— И что же тебя мучает?
— Затрудняюсь в выборе цвета, — улыбнувшись протянул ей яблоко.
— Держи.
— Ой… спасибо.
— Ешь яблочко, а я тебе подскажу какой, раз уж ты делаешь их мне, — посмотрел на разложенные по одному, разные драгоценные камни. Пока она усердно хрустела яблоком, вгрызаясь в него своими зубками. Протянул руку, к камням, которые лежали разложенные на бархатной материи, и взял бирюзу. Она перестала жевать.
— Тебе нравит… о… как же я сразу не додумалась, — с широко раскрытыми глазами, наперебой говорила Юля. Её, вот такая искренность, для меня иногда непонятна, но чертовски нравится и очень возбуждает.
— Ой! — от неожиданности воскликнула она. Взял её ступни в свою одну ладонь, перебираю массируя её маленькие пальчики.
— Холодные, почему без носков? — говорю, глядя в её взволнованное лицо и ещё более румяное.
— Мне не холодно, сейчас же лето.
— Но ноги же холодные, — свёл я брови у переносицы. Она вылупила глаза и сказала, словно оправдываясь.