— Понял тебя, врачей уже посылаю. И я тоже сейчас буду. Дождись меня, — радостно провещал у меня в переговорном устройстве Демин, но вместо того, чтобы ему ответить, я побежала за самовольно покидающим помещение хранилища Стэнфордом.
Этот упрямец, игнорируя мое возмущение, несся вперед по полуразрушенному коридору, словно рассекающий метеоритный пояс линкор.
— Стоять. Да какого черта, полковник? — крикнула в удаляющуюся спину кэпа. — Вам врач нужен.
— Не надо мне никаких врачей, — Просто Бог резко остановился, окатив меня волной своего недовольства, как студеной водой.
— Простите. Это у меня на нервах вышло… — коряво попыталась оправдать нарушение субординации, услышав в ответ какое-то злобно-шипящее:
— На нервах? Операция закончена. Теперь я, как и прежде, ваш командир, тэйдор Ривз. Марш за мной на корабль. Живо. Возьмите мой гребаный флэтпад и найдите на карте станции, где здесь находится ближайший телепорт.
Что б он здоров был. Что я не так сделала? Чего это он взбесился? Болит сильно? Может, дозу надо было больше вколоть?
Молча выполнив приказ командира, я проследовала с ним до телепорта, и когда осторожно, стараясь не касаться поврежденных ладоней, активировала его браслеты, все же не выдержала и спросила:
— Очень больно?
Стэнфорд склонил к плечу голову и чуть приподнял одну бровь, внимательно меня разглядывая.
— А ты как думаешь?
— Я не знаю. Если бы могла, забрала бы часть боли себе.
"Мужчина вдруг шумно выдохнул, будто сбросил с плеч что-то давящее и тяжелое.
— Дурочка ты, Масик. Маленькая самоотверженная дурочка… — из его уст это почему-то прозвучало скорее ласково, чем ругательно, и, не давая мне успеть проанализировать сказанное и обидеться, Стэнфорд подтолкнул меня своим корпусом к аппаратной части телепорта, кивнув: — Давай, отправляй нас уже быстрее домой. Мне надо в капсулу лечь, а то с такими руками — как без рук. Ты смотри, какой у меня каламбур получился.
Я улыбнулась и, введя координаты нашего приемника, отправила нас со Стэнфордом на ставший почти родным корабль.
Того, что на стрэйнджере нас встретят бурными аплодисментами, не ожидала. Не люблю я этого, да и не за что. Обычная работа. Почему никому не приходит в голову рукоплескать моющим стекла небоскребов спайдерам*? По-моему, их род занятий не менее опасен, чем мой.
— Хорош, — насмешливо оборвал овации Стэнфорд. — Все по местам.