Никогда не видела, чтобы Просто Бог так стремительно бледнел.
— Сал, живо на корабль. Ее в медкапсулу нужно положить, — пророкотал он, начиная смотреть на меня так, словно я находилась при смерти.
Ржавые патроны. Вот не люблю, когда он так делает. И я бы обязательно возмутилась, если бы не чувствовала себя перед ним такой виноватой.
Пиккер стрелой взмыл вверх, и уже через каких-то десять минут меня заботливо укладывали на кушетку в медотсеке какого-то совершенно незнакомого стрэйнджера, стаскивая обувь, грязную одежду и игнорируя мои вялые попытки со всем справиться самой.
— Не беси меня, Масик, — проворчал Стэнфорд, отводя в сторону мою руку и поднося к губам чашку с водой.
Я безысходно вздохнула, отпила глоток и виновато посмотрела на Стэна:
— Сердишься на меня?
— Пей, — вместо ответа он снова подсунул мне воду, вынимая своим взглядом душу.
— Прости меня, пожалуйста.
— За что? — высоко приподнял бровь он.
— За клуб, за маскарад, за то, что впутала тебя в разборки Боба, и вообще…
Стэнфорд отставил чашку, приподнял пальцами мой подбородок и посмотрел прямо в глаза:
— Ты почему мне правду о ребенке сразу не сказала?
Боже, как стыдно было находиться под его испытующим взглядом.
— А кто тебя просил догадываться о моем состоянии раньше, чем я успела сама тебе о нем рассказать? — выбрала самую надежную тактику защиты.
— То есть я еще и сам виноват? — изумленно хмыкнул Стэнфорд.
— Нет, но… Я просто в тот момент ужасно растерялась. Мне до сих пор кажется, что я сплю, а когда проснусь — не будет ни тебя, ни ребенка, ни…
Черт, в глазах заскребло, словно в них битого стекла насыпали, и захотелось разреветься, как последней дуре.
— Глупая… Что ж ты у меня такая глупая? — сгреб меня в охапку Стэн, оставляя на лбу теплый след ласкового поцелуя и превращая меня этим совершенно простым прикосновением в последнюю размазню.
— Не повезло тебе со мной, да? — прошептала я, блаженно замирая в объятьях Просто Бога.
— Да как сказать… — тихо рассмеялся он, укладывая меня в медкапсулу.
Я кивнула и призналась:
— Ты сказал, что хотел дотронуться до мечты, вот я тебе ее и подарила. А еще думала, что это очень символично: раз одна половина у меня, а другая у тебя, то вместе мы — одно целое.
— Что ты имеешь в виду?
— Принеси винтовку, я покажу."
"— Потом, все потом, — безапелляционно притушил мой энтузиазм Стэн.