Большинство же бывших заключенных совершенно аполитичны, и им глубоко наплевать на то, кто именно отдает им приказания. Лишь бы не мешали жить в свое удовольствие. Но это все внутри. А вот выпустить их за пределы контролируемых нами территорий — проще уж сразу повесить на ближайшей сосне. В любом столкновении со сколько-нибудь организованной силой они попросту разбегутся в разные стороны. И любому, более-менее грамотному в военном деле специалисту будет ясно, что колосс стоит на глиняный ногах. После этого вопрос нашего завоевания — всего лишь вопрос времени.
— Допустим, что вы правы. Не во всем."
"— Я и не претендую. Но у вас нет принципиальных возражений против того, что я сказал?
Сейчас я начну тебе возражать, и лесные снайперы сделают из меня чучело. Умнее надо быть.
— Предположим, я свяжусь с руководством.
— Вот этого-то я и хотел! Достаточно будет любому человеку подойти к постам на входе в город и попросить провести ко мне. Разумеется, я квартирую в ином месте, нежели все эти… статисты. Вас проводят ко мне. Надеюсь, ничего сложного в этом нет?
— Нет, никакой сложности я здесь не усматриваю. Но как тогда быть с этими? — киваю я в сторону окна.
— Они уйдут через двадцать минут после того, как я отъеду.
— Я же сказал, он не будет стрелять, пока на меня не нападут.
— Ну, и славно. На этом разрешите откланяться. Жду вас в гости в самое ближайшее время. Но… Было бы ошибкой думать, что этого времени у вас очень много…
Он кивает мне, поворачивается на каблуках и выходит на улицу. Лязгает металл двери. Зарычал двигатель, захрустели под колесами разворачивающейся автомашины мелкие камешки.
А ведь он, черт возьми, в чем-то прав… Хазин-то послал бы его в задницу. Но генерал мертв.