К концу дня ноги не держали меня уже совершенно. Сказались усталость и все напряжение последних дней. Я и сам не заметил, как стал понемногу отрубаться. И только когда заснул прямо во время разговора, это заметили наконец и окружающие. Все обсуждения в темпе свернули, мужики забегали, зашушукались и куда-то меня поволокли. Оказалось, что еще раньше они успели присмотреть для меня достаточно приличное обиталище – большую трехкомнатную квартиру в доме старой постройки. Даже на первый взгляд этому двухэтажному дому было лет двести.
Сложенный из красного кирпича и обнесенный решетчатым забором, он стоял совсем недалеко от главной улицы города. На втором этаже этого дома проживала пожилая хозяйка этой квартиры. Вот к ней меня и отрядили на постой. Тетка оказалась серьезная и властная. Моих провожатых она в две секунды наладила восвояси. А я, добравшись до кровати, почти моментально провалился в сон. Даже раздеться толком не успел.
Пробуждение мое, в отличие от всех предыдущих дней, было достаточно спокойным, я бы даже сказал, безмятежным.
Никто не тряс меня за плечо, побуждая к немедленному вставанию, не ломился в дверь с какой-то срочной новостью и не орал под окном, требуя моего присутствия. Открыв глаза, я минут пять бездумно смотрел в потолок. И только спустя это время потихонечку начал включаться в окружающую действительность.
Что мы имеем на сегодняшний день?
Ну, во-первых, город мы взяли. Во-вторых, достаточно успешно и без особых потерь помножили на ноль большую часть бандитов.
Это были несомненные плюсы. Наиглавнейшим же результатом явилось то, что местное население теперь относилось к нам самым наилучшим образом. Мы не были для них неведомо откуда взявшимися нахлебниками, которых надо было кормить и ублажать. Что ни говори, а успешные военные действия против общего врага приводят к очень хорошему взаимопониманию.
Были, конечно, и минусы. Не считая частично разбежавшихся бандюков, которые в перспективе могли стать головной болью для нас всех. На повестке дня стоял, пожалуй, самый важный вопрос: как мы будем дальше жить? В городе не одна тысяча человек, которых, между прочим, еще надо чем-то накормить.
Из всего ассортимента продовольствия мы могли рассчитывать разве что на всевозможную разводимую в деревнях живность и всякую огородную продукцию. Хлеб тут не рос, фруктов тоже никаких не было. Я уж молчу о всяких там крупах и тому подобных радостях. Все это было для нас абсолютно недостижимым удовольствием.
