Звякнул металл, что-то проскрипело…
Р-р-р-ах! С окрестных деревьев метнулись в сторону столпившихся гостей рыжие сгустки пламени! Фюзеляж неподвижного воздушного судна мгновенно покрылся сотнями отверстий — сработали «Клейморы». Картечь ударила и по людям, валя их десятками. Многоголосый вой взметнулся над поляной! Заполошно ударили очередями винтовки и уцелевший пулемет. Но в кого стрелять? Ни одна фигура не показалась на опушке леса, ни один выстрел не прозвучал с его стороны."
"Вместо этого новые взрывы ударили теперь из-под самолетного корпуса — мины были установлены и там.
Отгрохотали разрывы, и затихло в лесу сумасшедшее эхо. Что-то булькало, потрескивал изувеченный фюзеляж… Ни одного движения на поляне не было видно. Прошло еще около часа. Внезапно, как чертик из табакерки, на поляне возник человек.
— Здесь Грач! — прошелестело в эфире. — Серые — выдвижение!
Такие же призрачные фигуры возникли из темноты. Они двигались осторожно, медленно переступая между кустами и огибая деревья.
— Серым — зачистить поляну! — пришел новый приказ.
Спустя пару минут где-то у самолета негромко кашлянул пистолет.
— Вышка — Грачу!
— На связи!
— Представление окончено. Повторяю — окончено. Высылайте наряд. Как поняли?
— Понял вас, Грач. Наряд вышел.
— Встречаем. Конец связи.
— Конец связи.
— Ты, майор, страшный человек! — покачивает головой генерал. Ему сегодня получше, щеки порозовели. Медсестры вынесли его на улицу, и сейчас он полулежит в плетеном кресле, стоящем на террасе санчасти. Солнце светит ярко, и он довольно жмурит глаза, подставляя лицо живительному свету.
Рядом с нами мнется Васин. Ему малость неловко — после того как я отпустил пленного, между нами наметился какой-то надлом. Подполковник явно обиделся и охладел ко мне чувствами. И теперь переживает по этому поводу.