— Но от места высадки до этого городка, — гауптман прикинул по карте расстояние, — почти четыреста километров. Почему нас выбрасывают так далеко?
— Но и сами англичане идут туда далеко не кратчайшим путем. Корабли перебрасывают их части куда-то на побережье. Оттуда и пойдут. Не хотят рисковать, подставляя последние самолеты под удар русской ПВО. Так что здесь-то у меня вопросов не возникает. А вот наш маршрут…
— А что в нем такого необычного?
— Прикинь сам. Сколько у нас солдат?
— С последним пополнением — семьсот сорок два человека.
— Угу. А идти мы должны, особенно завершающую часть пути по населенным местам! Как ты думаешь, как долго мы сможем сохранять скрытность передвижения?
— Недолго.
— Именно так! И как скоро нам в загривок вцепится русский спецназ?
— Полагаю, что достаточно быстро. Так что до Печоры дойдут не все… Отвлекающий маневр?
— Совершенно верно. Именно поэтому нам отдали танкистов и артиллеристов. Мы должны создать у русских иллюзию, что где-то этих танкистов ожидает матчасть.
— Плохо дело…
— Скажу тебе больше. Все то время, пока мы работали на складах, на аэродроме дежурили вертолеты с подвешенным вооружением. Как ты полагаешь, зачем? Их не подняли в воздух, чтобы разбить колонну, которая шла к складам.
— Страховка на тот случай, если мы поведем себя неправильно? — поднял голову от карты Кашке.
— У тебя есть другие объяснения?
— Нет…
— И у меня нет.
— Второй, ответьте Седьмому!
— Слушаю вас.
— Ориентир восемнадцать. Наблюдаю группу целей. Цели воздушные, множественные. Скорость — около четырехсот пятидесяти километров в час. Высота — две тысячи метров. Снижаются.
— Опознавание?
— На запросы не отвечают, идентифицирую цели как самолеты противника. До входа целей в зону поражения, при условии сохранения направления и скорости, порядка сорока минут.
— Цели сопровождать, быть готовым к открытию огня.
Наверное, уже традицией стало будить меня рано поутру, в тот самый момент, когда сон наиболее крепкий и приятный. Злорадно забренчавший телефон вырвал меня равно как из объятий Морфея, так и из объятий моей прелестной соседки. Осторожно прикрыв Галину одеялом, подскакиваю к аппарату.
— У аппарата Рыжов!
— Обнаружена группа воздушных целей. Идут курсом на нас.
Голос Лапина, как всегда, сух и деловит.