Но зачем, если у нее мозгов нет, и, однозначно, не добавится. Такие особы обычно заканчивают на кладбище, ломая жизни других. Все спешат куда-то… например, на тот свет.
— Тебе нужно было учиться на психолога, — ворчливо буркнула Гуля, пережевывая еду, что я очень хорошо слышала.
— Сплюнь. У меня бы клиенты вылетали из кабинета, — призналась, до сих пор злясь на курицу с пешехода, но тут же заинтересованно добавляя: — Что жуем?
— Гадость всякую, но вкусную, — услышала в ответ, а потом непонятный звук, похожий на стон, и слова: — Поссорилась с Асылханом, поэтому вышла погулять, заодно бургеры купила.
— Не потолстеешь. Вот если ты перестанешь бегать, делать зарядку…
— Э-э-э, не нужно впадать в крайности, — возмутилась она, отчего улыбнулась, наблюдая, как симпатичный парень в крутой иномарке глазками мне моргает, выворачиваясь в разные стороны, чтобы меня разглядеть.
«Зря старается… Хотя, он же не знает, что помимо красоты у меня невероятно стервозный характер».
Решила пошутить: вдолбила удостоверение в стекло, не забывая про шикарную улыбку. Веселый водитель уже через несколько секунд гнал вперед, вероятно, перекрещиваясь, как от нечистой силы. Очевидно, парень с огромным грехом на сердце, или запуганный. А, может, злостный алиментщик, не желающий обеспечивать своих детей? Ну а что, всякое бывает… Тут не от достатка зависит, а от совести и характера человека.
Очнулась, когда услышала:
— Атаманова, ты где летаешь? Я ей тут причитаю, жалуюсь, что со мной очень редко бывает, а она непонятно чем занята.
— Я всегда с тобой, но мысленно рассуждаю о детях…
Сама не поняла, что сказала. Обобщила и итог выдала. Как-то так…
— Своих?
— Нет, — недовольно изрекла, сразу же высчитывая, когда у меня месячные должны пойти. Примерно… восьмого числа. Отлично, жду и надеюсь.
— Лид, что думаешь по поводу, как мне себя вести? Он бешеный. Честно. Сволочь настоящая. Всю душу своими капризами вымотал. Прибила бы. Совсем не узнаю его.