Я подал женщине с разноцветными волосами документы и попросил помочь выйти на связь с любым нашим кором.
Женщина глядела на меня в окошечко из стеклянной будки и медлила. Я ей не внушал доверия. Чтобы показать свою бывалость, независимость и международную известность, я стал расхаживать по холлу. Радист Саня жался к дверям и глядел на меня умоляющим взором: «Уйдем отсюда, Викторыч, — говорил его взгляд. — Я не буду смеяться над тобой! Ты еще не сел, а уже вытягиваешь ноги. Это плохо кончится. Уйдем побыстрее!»
— Нагнувшись, горбатым не станешь, — шепнул я ему.
«Ты тащишь на спине живого варана», — ответил мне Саня взглядом.
— Не можешь схватить за рог, хватай за ухо, — шепнул я. — Что-нибудь нам все-таки здесь обломится.
Я ничего особенного не обещал Сане. Намекнул только, что коллеги-журналисты, возможно, прокатят нас по памятным местам, ну и дадут рюмку прохладительного.
"Коллега, с которым женщина все-таки связала меня по телефону, действительно прохладил меня. Он сообщил, что знать меня не знает и не испытывает желания тратить на меня время. Положение очень напомнило мне то, в которое я попал несколько лет назад в Монако, пытаясь пробиться в Океанографический музей к капитану Кусто. Не могу сказать, что разговор с кором ТАСС в Сингапуре прибавил во мне любви к журналистам-международникам. Ладно, утешил я себя, вас на Сардинию не пускают, а я там был.
— Куда посоветуете здесь пойти? — спросил я женщину с разноцветными волосами.
— А на базаре вы уже были? — спросила она.
Бессребреник Саня не выдержал и прыснул.
— Сколько здесь стоит такси за час? — спросил я.
— Шесть долларов.
— Черт! — сказал я. — Мы заплатили четыре за пятнадцать минут.
— Поезжайте на гору. Здесь есть большая гора. Туда все ездят, — сказала женщина. Она все-таки была женщиной, ей стало нас жалко. — Я здесь новенькая. Первый раз работаю за границей. Ничего еще не знаю, — призналась она.
Нет, мы этого еще не знали. Теперь делалось понятным, почему кору было не до проплывающих мимо Сингапура писателей. Во всяком случае, я именно так объяснил Сане прохладное отношение к себе коллеги.