Насторожился, выглядывая в руках оружие, но, увидев, что усатый незнакомец безоружен, заулыбался и шагнул навстречу. Огромные кулаки сжались, правая нога чуть выдвинулась вперед, мощная фигура вся подобралась и медленно покачивалась из стороны в сторону, судя по всему, чернокожий был боксером и понял, что от него хотят.
Свешников, не останавливаясь и не занимая подобную стойку, сразу же перешел к делу: ловко увернулся от нескольких быстрых ударов, приблизился вплотную и принялся считать кулаками ребра чернокожего увальня.
Старлей прошла дальше, минуя дерущихся. Подняла засов и открыла с натугой тяжеленную металлическую дверь. Заглянула.
– А вот и наши умники, – она обернулась, посмотрела на Батяню. – Вроде целые.
Батяня посветил фонариком, присмотрелся к четверым узникам.
Он покосился на неистовавшего капитана: усатый уже добивал гигантского негра, примеривался для последнего удара. Повернулся к ученым, спросил:
– Ходить все могут?
Пленные закивали, с тревогой глядя на женщину, но та тоже кивнула, давая понять, что с ней все в порядке. Сейчас все четверо были готовы бежать из последних сил, лишь бы вырваться из подвала.
– В общем, так. Тащить на себе никого не будем.
Пленные были согласны на все, лишь бы вырваться.
Батяня, тронув Андронову за плечо, отступил в сторону.
– Выходим.
Старлей бросила оружие капитана рядом с ним, перебежала к двери, осторожно выглянула. Показала, что все чисто.
Батяня на ходу пихнул Свешникова, давая знать, что развлечения пора заканчивать. Тот кивнул, играючи свернул толстенную шею негра, ухватил свой автомат, и начали двигаться к выходу.
Труп коридорного охранника полулежал на стуле, медленно заливая пол кровью. Автомат по-прежнему стоял прислоненный к стене. Свешников не стал бросать полезную вещь, прихватил с собой, заботливо повесив за спину: впереди неизвестность, может пригодиться.
Подвальные помещения были по-прежнему пусты. А вот на первом этаже творился хаос.