Сейчас это лишь непонятное сооружение с дырявой крышей. По периметру голые деревья. Что удивляет — чистота. Ни бумажки, ни листика, ни снега.
Интересно, где тут вход? Я остановился, судя по навигатору, у центрального въезда. Только взъезда никакого не вижу. Как и людей, у которых можно спросить.
Выбираюсь на улицу и обхожу забор. Обхожу — громко сказано. Пытаюсь обойти. Метрах в десяти начинаются кусты, куда я не лезу. Двигаюсь в противоположном направлении, и мне везет. За углом ещё одного дома курит группа подростков.
Твою мать. Я понимал, конечно, что с распростертыми объятиями меня не ждут. Но такого приёма…
На крики выскакивает толстый лысый мужик и парой ёмких фраз разгоняет собрание местных «авторитетов».
— Чего Вам, молодой человек? Заблудились?
На мгновение теряюсь, не зная, как сразу объяснить цель визита.
Здороваюсь для начала. Мужик отвечает и терпеливо ждёт от меня продолжения.
— Я к… я бы хотел увидеть девушку, которая здесь живет.
— Жемчужную?
Лысый потирает подбородок и показывает рукой на неприметную калитку. Толкаю её и вхожу на территорию.
— Ну-с, прежде чем пройдем в кабинет, в двух словах — кто Вы и для чего Вам Аза?
Аза?
Как же медленно до меня доходит.
— Я её… др… — Блин. А можно ли сюда вообще друзьям!? — Я друг Лии.
— Ну что ж, друг. Проходите, побеседуем.
Мужик оказывается директором детского дома. Он долго спрашивает меня, кто я, откуда знаю девочку.
"Затем мы вместе идем разгружать мой багажник. Когда последний пакет оказывается под козырьком, Валерий Иваныч вытирает со лба пот и добивает меня известием, что Лии-то сегодня здесь нет.
Охренеть.
К чему тогда был этот допрос и остальное?
— Где она?
— Этого я Вам сказать не могу, Артём. Приезжайте завтра.
Завтра. Блять! Ещё один день. Хрень ведь. Ночь пройдет, и я увижу Кнопку. Но… это целая ночь!
Не сдерживаясь, луплю кулаком в стену и, втянув через зубы воздух, иду к машине. Как назло, нога начинает ныть, и мне приходится несколько раз остановиться и закрыть глаза, чтобы переждать вспышки боли.
39.2.
Лия.
Друг с беспокойством смотрит на меня, а я прикрываю веки, когда вижу высокую фигуру, движущуюся к воротам.