Рядом с неопытным младшим лейтенантом Кайдаш казался себе матерым сыскным волком, и это чувство ему очень нравилось.
– А что, они были знакомы? – удивился Дима. – Она же молодая девчонка, а он – пенсионер, что у них общего-то? Или они вместе были?
– Вместе, но не так, как ты подумал. Опросили подруг Золотаревой, они сказали, что эта… как ее… Анна, что ли… нет, Анисия, так вот, она была антимошенницей, у нее даже свой канал был где-то на Дзене. Они вместе с Пашутиным ролики записывали.
– Ну и что? – не понял Дима Бажин.
– А ты у моего начальства спроси при чем, – сердито откликнулся капитан. – У них задержанный есть с мотивом, а им еще что-то нужно. Дескать, если Золотарева со своим соседом часто общалась, то, может, рассказывала, что ее парень ей угрожал, применял насилие или еще что.
Подошли к нужному подъезду, Бажин открыл дверь универсальным ключом, поднялись на третий этаж, позвонили в сороковую квартиру. Никто не открыл, за дверью тишина. Позвонили еще раз, настойчивее, но результат оказался тем же. Ничего необычного. Крайне мало шансов застать дома человека, с которым предварительно не договаривался о встрече. Можно с чистой совестью развернуться и уйти.
Кайдаш снова посмотрел в сообщение, где были указаны номера домашнего и мобильного телефонов ветерана Пашутина. Набрал домашний, звонки слышны через входную дверь, но трубку никто не поднял. Набрал мобильный – то же самое, звонки слышны, ответа нет.
– И чего делать? – негромко спросил Бажин.
– Ждать, – с умным видом пояснил Николай.
– Долго?
– Минут пять примерно.
– А потом что будет?
– Потом я снова позвоню на мобильный. Если у Пашутина рыльце в пушку и он от нас прячется, то поставит мобильник на беззвучку или вообще выключит. Он же понимает, что если сначала звонили в дверь, а сразу после этого звонят оба телефона, значит, за дверью кто-то стоит по его душу. И этот кто-то очень настойчивый. Лоханулся, не убрал звук у мобильника, и теперь он эту ошибку будет исправлять.