— Я не должен спасать тебя от собственных решений и их последствий, — бросил дядя через плечо и исчез во тьме ночи.
Я тяжело выдохнул и принялся с трудом поднимать шкаф. Учитель… Какой вообще учитель будет подкрадываться к восьмилетнему ребенку ночью?
Погодите… а как дядя понял, что он именно мой учитель⁈
Глава 4
Я тяжело вздохнул, глядя на бессознательное тело на полу моей комнаты. Ситуация была абсурдной до невозможности. Кто бы мог подумать, что мне придется иметь дело с незваным гостем, который оказался не убийцей, а… учителем? Мир, в котором я оказался, не переставал удивлять меня своими причудами.
Собравшись с силами, я принялся за уборку. Шкаф, который я опрокинул на незнакомца, оказался неожиданно тяжелым, если не пользоваться магией. Опрокинуть его было куда проще. Книги, разбросанные по полу, я аккуратно складывал стопками, стараясь не повредить их еще больше.
Когда основной беспорядок был устранен, я перевел взгляд на своего «гостя». Это был мужчина средних лет с острыми чертами лица и глубокими морщинами вокруг глаз, словно он часто щурился.
С трудом, но мне удалось усадить его за небольшой столик у окна и освободить от веревок, которые я спрятал подальше. Я подложил под его голову подушку, чтобы он не сползал, и сунул в руку чашку с водой. Затем я сменил пропитавшуюся потом рубашку и, тяжело выдохнув, уселся напротив, ожидая, когда он наконец-то придет в себя.
Прошло около часа, прежде чем мужчина начал подавать первые признаки жизни. Его веки задрожали, и он медленно открыл глаза. Взгляд его был мутным, но постепенно прояснялся. Наконец, мужчина сфокусировался на мне, и в его глазах промелькнуло удивление, сменившееся, впрочем, недовольством.
— Где я? Что случилось? — спросил он хриплым голосом, оглядываясь по сторонам.
Я постарался придать своему лицу самое невинное выражение, на которое только был способен.
— Вы пришли ко мне, сказали, что устали и хотите вздремнуть, — ответил я, стараясь, чтобы мой голос звучал по-детски наивно.
Мужчина нахмурился, закряхтел, морщась от боли. Он поднял руку к голове и, нащупав рану, которую я никак не мог скрыть, поэтому даже не пытался, посмотрел на свои пальцы, испачканные кровью.