В воздухе то и дело проносились небольшие летающие устройства — магические посыльные, доставляющие сообщения и мелкие грузы. Люди вокруг нас спешили по своим делам, одетые в яркие одежды, которые, казалось, сами светились в лучах утреннего солнца.
Наконец мы подошли к внушительному зданию судебного бюро. Его фасад украшали массивные колонны и статуи дев-воительниц, изображающие различные добродетели: Справедливость, Мудрость, Милосердие. Над главным входом располагался герб империи — двуглавый орел, держащий в когтях весы и меч правосудия.
Как только мы вошли внутрь, я почувствовал, что попал в настоящий муравейник. По коридорам носились служащие, некоторые с огромными стопками бумаг, другие что-то яростно обсуждали на ходу. Я заметил молодого клерка, который умудрялся одновременно жевать бутерброд, читать какой-то документ и лавировать между коллегами, даже несмотря на них."
"— Впечатляет, не правда ли? — усмехнулся Виктор, заметив мой ошеломленный взгляд. — Добро пожаловать в самое сердце имперской бюрократии, где умереть под завалом бумаг шансов больше, чем от магического залпа какого-нибудь польского шляхта на границе.
— Удивительно, что такой человек, как ты, умеет в шутки, — буркнул я.
Вообще, подобное не слишком-то отличалось от столичного суда моего мира в самый разгар заседаний. И, что там, что тут без помощи было не обойтись. Заметив молодого служащего, который выглядел чуть менее занятым, чем остальные, я решил обратиться к нему:
— Прошу прощения, не могли бы вы подсказать, как мне найти Андрея Павловича Соколова?
Парень замер на месте, словно громом пораженный.
— С-соколова? — пробормотал он, заикаясь. — Вы хотите найти… самого Соколова?
Я кивнул, начиная понимать, что, возможно, недооценил репутацию своего учителя в этих стенах. Сильно недооценил.
— Да, это очень важно. Мне необходимо с ним встретиться. Мне назначено, — последнее было откровенным враньем, но надо было как-то разогнать ступор своего собеседника.
Но парень продолжал смотреть на меня так, словно я сказал, что хочу встретиться с самим императором. Я обернулся к Виктору, ища поддержки, но тот лишь пожал плечами, всем своим видом показывая, что здесь он мне не помощник и готов подождать еще немного. Странный он все же человек.