Может быть поэтому ценник рекламы всегда взлетает до небес, а рекламодатели, представители разных брендов, выстраиваются в очередь.
Мне тоже то и дело предлагают что-нибудь прорекламировать, но пока что мои руки связаны строгими правилами контракта. Да и, честно, не стремлюсь особо.
Теперь, когда мне нет нужды беспокоиться о работе, и я уделяю ей почти все свое время, я стала еще сильнее ценить минуты домашнего уединения и просто нашего общения, когда мы остаемся только вдвоем, с глазу на глаз.
Я знаю, что я выживу, если мы вдруг поругаемся, или, не дай бог, расстанемся.
И как же я рада, что он встречает меня, и уже через какую-то минуту я смогу утонуть в его крепких, уверенных объятиях.
Но едва я выхожу на парковку и ищу глазами Гордея, как застываю на месте истуканом.
Демьян. Старший брат Гордея, а по совместительству муж моей сестры и блудный отец Игорька. Человек, появление которого всегда вводило меня в ступор.
Но… что он делает здесь, настолько далеко от дома? Ведь это не два, и даже не шесть часов полета.
Гордей замечает, и идет ко мне, но Демьян его опережает и первым выступает вперед.
Начинает кривляться, потому что, как еще можно расценить его действие, когда он с нахальной ухмылкой хватает меня за руку, и подносит тыльную сторону ладони к губам. Целует.
Очень умело. Если бы не мощная стена в лице крепкой влюбленности в его брата и моей Ви, тяжело было бы устоять и не растаять.
Зачем он так делает?
Мы оба знаем, что едва переносим друг друга.
Я его потому, что в свое время он выставил вон беременную Ви за порог, с легкостью откупившись от нее.
Он меня из-за ситуации с Гордеем и моей женитьбы на другом. Он… об этом не говорится прямо, но именно меня он винит в аварии, произошедшей тогда с Гордеем. Когда жизнь Гордея была на грани. Сестра не рассказала ничего, потому что Демьян, и их отец были сильно злы. Жаждали мести.
Сам Гордей, когда пришел в себя… также категорически не хотел меня видеть.