Обратно в лабиринт высоток сквозь водную стену, где не видно ни зги. Сумерки сгущались, видимость ухудшилась еще сильнее, фонари не везде включили. Дождь, она в одной ветровке, убитая морально…
Захотелось вырвать самому себе кадык.
Ракитин кружил по округе, ненавидя себя за то, что совершил. Надо было мягче, не таким напором, перед ним все-таки не рядовой какой-то, а девочка. Его девочка…которую он до потери пульса готов был защищать, сейчас в расстроенных чувствах, и он сам допустил промашку.
Ракитин чертыхнулся, вылез из машины и помчался в ее сторону. Перехватил ее рывком, прижимая к себе."
"— Ты что творишь?! Ты чем думала? Ты хочешь воспаление легких подхватить?! — Потащил в сторону машины, а Мила и не сопротивлялась.
— Я… пррросто забббблудилась, — шептала в грудь Ракитину. Холодные пальцы жгли кожу Саши, но он обхватил ее ладони и втащил в машину, усаживаясь на заднее сидение вслед за ней.
Хотелось убивать, вот сейчас он был готов разнести целый город под ноль.
— Снимай, быстро снимай это все!
Мила словно окаменела на мгновение. Волосы прилипли к лицу, а глаза сейчас как будто остекленели.
Саша не стал больше ждать и самостоятельно стянул с нее куртку, а потом притянул к себе, сжимая в объятиях так сильно, что казалось, будто ребра лопнут. У обоих.
Ракитин захлебывался в эмоциях, всем телом ощущая набухшую сочную грудь, покатые бедра и горячее дыхание на шее, что моментально дорисовало в уме мужчины все, о чем он сейчас думать должен был в последнюю очередь. Но так или иначе возвращался к манящему телу.
— Снимай. Все снимай, — прохрипел мужчина, а Мила отскочила от него, прикрываясь руками, но поздно. Он увидел все. И то, что без лифчика была, и то, какая аппетитная у нее троечка, все увидел и моментально возбудился, как животное. От этого было еще противнее, пришлось прикрыть глаза, схватить толстовку с переднего сидения и протянуть ее девушке.