Еще вопросы есть? Я по крайней мере пришел и четко обозначит границы, а не спорил на девушку, к которой испытываю чувства.
На том конце провода моментально послышалась пауза, мучительно долгая, а затем последовал хриплый ответ:
— Не в бровь, а в глаз, Ракитин.
— Уж как умею.
— Почему я узнаю последним? — не унимался друг Саши.
— Так получилось, я не был уверен, что не сдержусь, — и ведь правду говорил Ракитин, он может из последних сил держался, а потом сорвался в пропасть
— И ты не сдержался.
— Как видишь.
— У тебя серьезно?
— Уж посерьезнее того, что у тебя изначально было с Никой.
— Слушай, ты у зубного давно был? А то мне кажется, что надо сходить.
— Запишусь в свободное время как раз после тебя. Прекрати допрос, Миш. Я не враг, уж точно не для Милы или тебя. И зла я ей не причиню.
— Ясно все с тобой, Ромео. На свадьбу позовешь?
Уж какая тут свадьба? Все завертелось слишком стремительно, свадьбу изначально не планировал никто, но проставиться перед сослуживцами нужно было, к тому же это не просто какая-то дочь какого-то рядового, а нежная принцесса акулы военного дела, того самого Каина, истории о котором до сих пор распространяются в профессиональной среде как о бескомпромиссном человеке, идущем напролом.
За день до дня Х, когда Ракитин сидел у отца в гостях (давно ведь обещал приехать, но все не было времени, замотался с подготовкой, закупить продуктов, продумать что к столу надо было бы, ведь минимум рота солдат будет и надо, чтобы всем хватило), мысли плавно смещались к тому, что именно завтра Мила уже переедет к нему.
Так обозначил Багиров. Мол она пока свыкнется с этим, успокоится, и Багирова, надо отдать должное, свыклась и успокоилась. В общем, хотя бы прекратила истерить, если верить словам Руслана.
— Сын, ты как в воду опущенный, — Ракитин-старший налил коньяка, пока его жена Аля накладывала очередной салат в тарелку, где и места толком не было. Ракитин внимательно посмотрел на отца, а затем и на мать, да они не были ему биологическими родителями, но он воспринимал их как родных.