— Я рада, что ты пришел к тому, к чему пришел. Мне важно знать и верить, что действуешь ты по своим собственным убеждениям, а не под давлением отца.
— Конечно по своим. Только по своим. Я давно уже избавился от детских мыслей, что должен кому-то что-то доказывать. Все, что у меня есть, принадлежит мне по праву рождения. С какой стати я должен от этого отказываться и искать в жизни другой смысл? Я нужен отцу. То, чем я занимаюсь, мне нравится. А если кто-то считает, что я этого недостоин, пусть попробует сказать мне это в лицо или встать на моем пути.
Юлия внимательно взглянула на сына. Да, он никогда ничего никому не доказывал. Все и так понятно, стоило только ему в глаза посмотреть. Он и сейчас ничего не доказывал. Говорил спокойно, с каким-то тайным наслаждением, так, словно хвалил вкусно приготовленное мясо. Даже тоном не пытался убедить. Но, как ни странно, именно это и действовало сильнее всего. Впрочем, какие могут быть сомнения, ведь Иван Шаурин не только сын своего отца, он еще и внук своего деда, Сергея Монахова.
— Ладно, раз уж разговор у нас зашел на такую тему, — сказал Ваня, — есть один момент, который я хотел бы с тобой обсудить.
— Какой?
— Я хочу продать ночной клуб.
Взгляд Юлии напрягся. Ваня замолчал, позволяя ей возразить.
— Почему? — только и спросила.
— Потому что это несерьезно. Это мелочь. Такое предприятие должно приносить высокий доход, им надо заниматься и развивать сеть, либо… А мне это неинтересно, потому не вижу для себя никакого смысла тратить силы и время, чтобы «Эгоист» просто был.
Юля понимала, о чем говорит сын. Ночной клуб «Эгоист» действительно из всех предприятий их огромной корпорации – самое незначительное по доходности.
— С отцом разговаривал?
— Давно уже. Он со мной полностью согласен. Я сам все сделаю. Тебе не нужно даже заморачиваться с этой проблемой, у меня есть человек, готовый купить «Эгоист» хоть завтра.
— Хорошо, — с сомнением сказала мать, потом вздохнула решительно: — Ладно, хорошо.
— Тянуть смысла нет. Бизнес нужно продавать на пике его рентабельности, а не тогда, когда начинается спад. Отец в свое время правильно сделал, что избавился от мелочевки и начал активно развивать одно направление.
— Согласна. Сплавил все, что можно.