После свадьбы страстные женихи просыпаются ревнивцами и брюзгами. Говорила я доченьке… Да кто ж слушал? Ардарушка сватов обласкал, он в молодом Кайдене второго себя видел. Отдал ему и дочь, и путь прибыльный. Уехали молодые. Год спустя Брейда сына родила, Вейлина…
– Что смолкла, матушка? – тихо спросила Эльбиз.
– Я дочерей, на горе себе, грамоте обучила. Два письма от Брейды дошло. Читаю… всё хорошо… рука её… а голоса дочкиного не слышу. Стали меня плохие сны мучить. Хотела уж ехать, но тут добрая царица первенцем разрешилась, празднества, великие стреты – куда! Пала я государю Гайдияру в резвые ноги, улестила Ардарушку с собой позвать, когда смелый царевич на Пропадиху собрался.
"– А там дело ратное случилось, – подхватила Эльбиз. – Там Гайдияр за спасение велел дяде Сеггару нашу дружину Царской именовать!
– Верно молвишь, дитятко. Иным слава досталась, иным – раны бесславные. Сторожевой замок, где Кайден жил, безлюдье узнал, соколы с кречатни и те разлетелись. Не доставил мне Ардарушка ни весточки, ни косточки для могилы.
– Горестно это…
– Тебе ли не знать, сердечко моё, ты сама в те дни сироткой осталась.
– А вторая дочка твоя? Айрика?
– Думала я, уж она-то горюшка не увидит. Айрику государыня поволила к себе взять. Молодая царица была славна тем, что лёгкой рукой вершила замужества девичьей прислуги. Я радостно собрала дочь в дорогу: будут ей чужды горести, рождаемые волнением сердца…
– И?..
Харавониха беспомощно развела руками. Нерыжень подхватила плеснувшую чашу.
– Айрика слала из Фойрега грамотки, полные благодарности государыне, но… так и не написала о женихе. – Алуша помолчала, вытерла слёзы. – Говорят, люди в столице не успели испытать ни страха, ни боли…
– Воистину! – одним голосом подтвердили сестрицы. Хотя про себя весьма сомневались.
Боярыня сделала большие глаза:
– Пуще всего я боюсь, что у Айрики вёлся тайный возлюбленный…
– Боишься? Почему?
– А если он был верный стражник либо конюх пригожий?.
Эльбиз нахмурилась:
– С чего взяла-то?
Харавониха прижала пухлую ладошку к груди:
– Сердцем чуяла… Уйду вот за Ардарушкой, там дочек увижу…
– Ну нет, – отрубила Эльбиз голосом, которого хотелось послушаться. – Прежде поры за небесную реку не торопись! Ещё мне здесь пригодишься!
Боярыня кивала, побеждённая хмельной сладостью, голова, повязанная вдовьим платком, клонилась всё ниже.