Опасаясь провокации, он взял себе за правило последние пару недель оставлять в неких не слишком заметных местах незаметные маркеры — нитки, шерстинки, мелкие клочки бумаги, показывающие, трогал ли кто-нибудь в его отсутствие его вещи или даже заходил в его каютку либо нет. И, по возвращении от старшего охранника, некоторые из этих маркеров исчезли со своих мест. Ник молча, не делая ни одного лишнего жеста, переоделся в уборочную робу, в процессе этого переодевания несколько раз коснувшись тех из своих вещей, которые лишились маркера, поскольку совершенно не сомневался в том, что гра Нувэль сейчас лично торчит у экрана, на который транслируется изображение с камеры, установленной в каютке Ника.
Вот сволочи! Похоже, пока Нувэль пудрил ему мозги, кто-то из его прихвостней, скорее всего, тот дюжий охранник, с которым он таскался чаще всего, упер что-то ценное у пассажиров и подбросил Нику.
Пока Ник добирался до палубы «А», его не оставляло ощущение, что за ним постоянно наблюдают. Впрочем, скорее всего, так оно и было. Ну не мог же Нувэль позволить, чтобы его план сорвался из-за того, что Ник что-то сделает не так, как оно требовалось для воплощения в жизнь его, гра Нувэля, без сомнения гениального плана мести этому выскочке.
"Изделий из золота и платиноиноидов у обитателей сьютов, которых на этот раз было занято всего шесть, оказалось много. Около шести клессов, то есть где-то порядка полукилограмма.