Владислав вновь сделал попытку щёлкнуть каблуками сандалий – он и щёлкнул бы, если бы на сандалиях были каблуки! – и поддержал стул Натальи Павловны, хотя та уже села.
Представился и поклонился.
Наталья Павловна кивнула и, словно отпустив Владислава, который тем не менее никуда не ушёл, повернулась к Таше.
– Мы сидим вместе, – сказала она. – За одним столиком! Вы же не против, Таша? Познакомьтесь, это Веллингтон Герцог Первый.
Таша смотрела во все глаза.
Невиданный зверь оказался не крысой и не белкой, а собакой.
Про герцога первого она, честно сказать, ничего не поняла.
– Его так зовут – Веллингтон Герцог Первый, – пояснила Наталья Павловна. – Вы знаете, кто такой Веллингтон? О, это великий человек, полководец! В Индии воевал, разбил Жозефа Бонапарта, брата Наполеона, Мадрид взял. Но главное – Ватерлоо. Он победил Наполеона в битве при Ватерлоо! За что получил титул не просто герцога, а Герцога Первого! Так что мы никаких сокращений от имени не признаём.
…Понятно было, что всё это игра – и в герцога, и в светлость, и в собаку-крысарика. Такие собаки существуют только для того, чтобы в них играть, – но ни игра, ни собака не понравились Таше. Она посмотрела Наталье Павловне в лицо и отвела глаза.
Веллингтон Герцог Первый перебирал лапками по белоснежному льняному сарафану хозяйки, косил влажным оленьим глазом, прижимал уши и время от времени скалил мелкие белые зубы.
– Какая прелесть, – сказал Владислав фальшиво, – какое очаровательное существо!
Он был несколько уязвлён тем, что сказочной красоты дама с собачкой так и не представилась, но сдаваться не собирался.
Он потянулся к собачке с намерением сделать ей «козу» или пощекотать шейку, но дрожащее существо вдруг зарычало, выкатило глаза, поджало крысиный хвост, несколько раз тявкнуло отвратительно писклявым голосом и попыталось схватить Владислава за палец.
– Нет-нет, не нужно трогать, его светлость этого не любит! – развлекаясь, сказала Наталья Павловна, а старуха в тюрбане вытянула шею и посмотрела. – Он у нас голубых кровей. К нему нельзя прикасаться, как и к английской королеве.
– Милая, – громко сказала старуха, и все разом на неё оглянулись. Даже бородач поднял голову от своего планшета.