Всё-то им подумаешь, всё-то они видели, всё-то знают. Сами, правда, ничего сделать не могут, но на сей счёт лучше не заикаться.
В центр пентаграммы грациозно приземлился Мраз — из-за этой трансформированной, наполовину человечьей, наполовину птичьей формы Виталик уже успел окрестить его Чудом в перьях. «Чудо» взмахнуло крыльями, и нарисованная на камнях кровь воспламенилась фиолетовым пламенем. Голова чернокнижника вновь стала человеческой, Мраз заунывным голосом начал призывать демона:
— О Владыка Бездн, повелевающий тысячью легионов душ, явись в наш мир, дабы вкусить кровь существ древних!
«Ну, я же говорил», — Виталик с хрустом зажевал крупный ломтик из своей пачки чипсов.
Стоявшие по краям пентаграммы вороны резко подняли головы и стали издавать страшный крик: нечто среднее между карканьем и чудовищным воплем боли.
Изо рта Мраза не вырывалось ничего, кроме заунывных призывов, но вот из-под его мантии вылезали целые полчища насекомых. Через несколько минут на месте пентаграммы возник холм из кишащей насекомыми и личинками массы. Личинки впитывали кровь, разбухали и трансформировались во всё новых жуков. Насекомые, в свою очередь, вцеплялись друг в друга, сливались, образовывая разнообразные биомассы. Куча всё росла и росла, постепенно принимая очертания огромной твари с двумя ногами, руками и крыльями.
Стоявший на самой макушке демона Мраз был вынужден покинуть насиженное гнёздышко и взмыть в воздух. Остальные вороны-маги последовали примеру своего предводителя, оставив демона дособирать своё тело из насекомых, ещё не успевших влиться в одно огромное целое.
Виталик оценил сцену на троечку.