вдруг резко захотелось смеяться.
– Мое «хоть сейчас» совсем не означало «сегодня». – Чтобы не упасть в обморок, я на всякий случай уцепилась за локоть Марата.
– Нет, маленькая. Такой шанс я упустить не мог. – Наглец просиял, как медный пятак. Сжал мою ледяную ладонь в своей широкой горячей руке. И ткнулся лбом в лоб.
– Ты хоть понимаешь, что целый поезд с женскими мечтами под откос пустил? – Я попыталась изобразить обиду, но ни губы, ни глаза не слушались. Чокнутая. Диагноз не нужен.
– Мы потом для публики на бис повторим.
– Конечно. И со счастливыми свидетелями.
Я взглядом указала на стоявших рядом Веронику с Бадоевым. Меньше всего они напоминали людей, которые благодарны за возложенную на них миссию. Бадоев по-хозяйски держал правую ладонь на боку секретарши, а та блестящими от слез глазами смотрела куда-то вбок.
– Надо было его все-таки уволить, – тихо, под нос себе произнес Марат. Но спросить, что он имеет в виду, я не успела.
Нет, все же это было чистым сумасшествием.
Я с трудом представляла, как буду объяснять нашу свадьбу родителям и тетке. Ругала себя за балетки вместо приличных туфель. Но сердце билось так быстро, счастья оказалось так много, что и шагу не смогла бы сделать назад.
Марат, похоже, чувствовал то же самое. Стоило регистратору появиться в зале, улыбка стекла с его лица, а взгляд из веселого стал тяжелым.
– Ты родишь мне еще одну девочку? – прошептал он вдруг. Серьезно, напряженно, словно не было сейчас ничего важнее.
– Тебе прямо здесь родить?
От очередного шока я даже забыла, что нужно волноваться.
– Можно месяцев через девять. Но не позже. Мне столько еще наверстывать – голова кругом.
– А может, сразу после ЗАГСа к доктору? Тому, который за голову отвечает.
Рука так и тянулась погладить этого несчастного по вихрам.
– Не-ет. – Чудовище бессовестно, прямо на глазах у свидетелей и регистратора ущипнуло меня за попу. А потом на ухо, обдавая горячим дыханием, шепнуло: – После ЗАГСа у нас по плану первая брачная ночь. И даже не надейся увильнуть от исполнения супружеского долга.
Глава 24. Под прицелом
Марат.
Странная штука судьба.