– Как я понимаю, третьего выстрела не было?
Словно вопрос вызывал физическую боль, Марат стиснул зубы и подозрительно медленно кивнул.
– И ваш Герасимов, поняв ошибку, бросился назад...
Зоя Фёдоровна будто сквозь расстояние и время видела. Сидела себе в кресле. Щурилась. И наблюдала за событиями в квартире Шульца.
– Да, он сразу побежал к лестнице, – нехотя подтвердил Марат.
– Кхм... – Глаза нашей няньки сверкнули. – Говорят, при падении с лестницы шанс убиться минимальный. Знали?
– Но ведь есть!
– Есть. При толчке.
– Ничего про толчок не знаю, наш труп справился сам.
Марат развел руками. А я даже укол в палец не почувствовала. Как сидела, открыв рот, так и продолжила сидеть.
– Не, ну это понятное дело... Наш сам, – Зоя не стала спорить. – И свидетели случайного падения, наверное, были...
– У нас целый кастинг. Столько желающих засвидетельствовать. Говорят, даже бывшая жена Герасимова ради этого с того света вернулась.
Теперь Марат уже не прятал эмоции. Я видела, как разглаживаются морщинки на моем любимом лице и напряжение сменяется усталостью.
"– Значит, все?.. Совсем все?.. – Мне самой не верилось.
Марат открыл рот, наверное, чтобы сказать «да». Зоя протянула к Абашеву руки, вероятно, чтобы обнять.
Но дверь палаты внезапно открылась, и все мы молча замерли.
– Абашева Аглая Дмитриевна? – немолодой доктор ищущим взглядом прошелся по всей нашей компании и остановился на мне.
– Да... – я рассеянно улыбнулась.
– На УЗИ! – доктор указал пальцем на коридор и сразу же пошел на выход.
– А зачем? Что-то произошло? – Марат встал между мной и доктором, словно тот собирался меня убить. – Вы можете ответить? – напирал мой побелевший внезапно муж.
Но доктор будто его и не слышал. Кивком указал в сторону Саши и, отойдя на пару метров, возмущенно произнес:
– Папаша, а как первый раз, ей-богу.
Эпилог
Аглая.
Когда бог раздавал длинные ноги и мозги, я, вероятно, стояла за близорукостью и склерозом. Другого объяснения, как могла не заметить стрелки на чулках и забыть обручальные кольца, у меня не было.
– Слушай, может, ну их, эти чулки? – в машине, на половине пути к дворцу бракосочетаний попыталась успокоить тетка. – У тебя благодаря второй беременности грудь уже, наверное, четвертого размера. Никто ниже талии и не посмотрит.
– А ничего, что талии у меня тоже нет? – Обняв свой огромный живот, я еще раз с грустью посмотрела на чулки.
Хорошо все же, что торжественную роспись мы решили устроить в начале лета, а не зимой.