Будто заболела той же хворью, что и я, Аглая перебросила пальто на заднее сиденье и стянула с шеи тонкий шарф.
– У тебя регистратор пишет звук? – Глаза моей девочки засверкали, как камень на кольце. Кошка мартовская. Одна штука.
– Если у тебя есть интересные предложения... – Я присмотрелся к регистратору. – Лучше молча.
– Тогда ни слова.
Словно по приказу свыше, перед нами загорелся красный свет, и Аглая сама дотянулась до моих губ.
* * *С выводом про секс в машине я все же поторопился. Не знаю, кто развратил мою мышку.
Кортеж двигался медленнее черепахи. Полз по питерским улицам, позволяя обгонять себя велосипедистам и машинам автошкол. А мою скромную девочку, которая ноги порой раздвинуть боялась, было не узнать.
Аглая так и напрашивалась на наказание. Вымаливала его проворной рукой за моей ширинкой. Требовала влажными губами на шее. Добивалась засосами, наглыми, жаркими, от которых в паху все каменело и болело.
Не было у нее совести ни на грош. Девочку из приличной семьи как подменили. Подсунули вместо нее жадную, развратную красотку. Румяную от смущения и одновременно бесстыжую до такой степени, что уже на втором светофоре я с мясом выдрал регистратор и чуть не взвыл в голос от кайфа.
Нереально это было. Слишком ярко и сладко.
Болезненно-приятно. И долго.
Будто в юность вернулся. В девственную. Когда шизел от каждого поцелуя и загибался от любой смелой ласки.
Не берегла мышка мою крышу совсем. Взрывала своим быстрым кулачком и тяжёлым дыханием на ухо.
Порой, казалось, руль вырву точно так же, как регистратор. Пару раз приходилось съезжать с проспекта на более темную улицу или стоять на зеленый, словно внезапно стал дальтоником.
Ума не приложу, что о моем вождении считала охрана. Мозгов не звонить у них, к счастью, хватало. А у меня самого получалось думать лишь о дороге, о дочке на заднем сиденье и о том, что сделаю с ее мамой, когда мы доберемся до дома.
Не было в мыслях ничего скромного и ванильного. Суровое кино для взрослых. Без ценза и перерывов на рекламу.
Но кто я был такой, чтобы ведьма Судьба исполняла мои заказы?
Мы ещё не доехали до дома, как я одним местом почувствовал неладное. А стоило припарковаться возле подъезда, первым, кого встретил, оказался Штерн.
Ворон мой чёрный. Вестник, к которому недавно катался сам. Все боялся накликать беду. Но, похоже, ни фига не помогло.