Я чувствовала не только все выпуклости тела своего мужа (некоторые особенно сильно… чувствовались), но и исходящий от него жар, такой, что задохнуться можно. А еще гулко бьющееся сердце и тяжелое дыхание.
Его ладони вновь пришли в движение, лаская спину, слегка надавливая, заставляя прогнуться и шумно задышать.
Я тяжело сглотнула, с каким-то безумным отчаяньем вдруг поняв, что попалась. Сама угодила в ловушку.
— Я…
Договорить не смогла.
Мейнор вдруг с тихим рыком дернулся и мир перевернулся.
Точнее, мир остался на месте, а перевернулась я, оказавшись прижатой к постели, а сверху надо мной, тяжело дыша, нависал муж.
В его черных глазах полыхало такое пламя, что можно было сгореть заживо.
Да я уже горела. Во рту все пересохло так, что язык не слушался. Кровь бурлила по венам, заставляя кожу пылать. Я сама была как затаившееся пламя. Еще немного и вспыхну, сгорю.
— Ни-и-и-и-и-ик, — прохрипел демон, проведя носом у меня по шее, жадно вдыхая аромат, словно хищник, поймавший свою жертву.
Я дернулась и задрожала, крепко зажмурившись.
Кровь в висках стучала так, что можно было оглохнуть.
Но страха не было. Наоборот, мне хотелось продолжения, так хотелось, что я с трудом держалась, чтобы не взмолиться, не попросить коснуться.
Где угодно, как угодно.
Неожиданно стала раздражать ткань сорочки. Ведь мягкая и удобная была, а сейчас… она мешала, царапала грудь, которая вдруг стала такой чувствительной, что любое движение вызывало сладкую боль.
— Ни-и-и-и-и-ик, — снова прохрипел муж и, едва касаясь, провел губами дорожку от шеи вниз до ключиц.
Сдержать стон уже не получилось.
Я ахнула, выгнувшись, и мотнула головой.
— Открой глаза.
Открыла.
У меня даже мысли не было сопротивляться ему.
Все что угодно.
Лишь бы… лишь унять этот жар, который спиралькой закручивался внизу живота.
От одной только мысли об этом я вспыхивала от макушки до самых пяток.
— Ни-и-и-ик, — прошептал он, поймав мой взгляд.
Я едва заметно кивнула, давая понять, что слышу, вижу, но говорить не могу.
Мне так казалось.