Василий Иванович молодец, и ничего зазорного нет в том, что он скрыл свою причастность к герою Грайворонскому. И что Катя Сырцова влюбилась в него, тоже не виноват, но откуда-то взялась эта непонятная тревога…"
"Надежда Георгиевна чуть не подскочила от внезапной догадки. Если Дима дружит с Грайворонским, то он может познакомиться с Катей, которая обладает как раз такой внешностью, которая нравится маньяку! Ну да, ничего особенного, зашел человек проведать старого приятеля на рабочем месте, все так делают. Может, еще выступит перед ребятами с лекцией о своем путешествии в Антарктиду, а потом Катю найдут мертвой, и никто не свяжет вместе эти два события.
Все идет к тому, чтобы признать Мостового невиновным, улики против него рассыпаются в прах, так что очень скоро Кирилл окажется на свободе, и это не очень хорошо. Сейчас маньяк вынужден затаиться, но как только Мостового выпустят, снова сможет убивать, и он обязательно это сделает. Смотрите, граждане дорогие, как вы поторопились с выводами: пока ваш подсудимый сидел, все было тихо, а как только выпустили – будьте любезны, получите труп.
Она покрепче прижала к себе Аню. Как быстро проходит жизнь… Кажется, еще вчера она носила дочку на руках, а теперь она взрослая девушка.
Но и дело тоже надо делать. Надежда Георгиевна расцеловала дочь, уложила ее, накрыла пледом, подоткнула его так, как Аня любила маленькой – чтобы ни одной щелки, и отправилась в коридор к телефону. В ящике комода, на котором стоял аппарат, лежала папка с номерами всех учеников. Надежде Георгиевне было немного неудобно, что она заставляет секретаршу делать лишнюю и, в общем, напрасную работу, но не отменяла указания по принципу «а вдруг пригодится?».
Надежда Георгиевна представилась.
– И что эта зараза опять натворила? – неоригинально отреагировал полковник.
Надежда Георгиевна засмеялась:
– У нас презумпция невиновности, и вы по роду службы должны это знать.