Я наблюдаю за татуированными пальцами, не могу отвести взгляд. Длинные. Крупные. Ловкие. Даже в самых простых жестах ощущается жуткая сила. Смертоносная опасность. Под тяжелую руку ему лучше не попадаться. Закален в боях. Прирожденный воин. Мрачный. Жестокий. Огромный. Взгляд у него ледяной, но сердце буйно качает горячую кровь.
Мои отношения с отцом были тяжелыми и напряженными. Но то, что пережил Арес гораздо хуже. Мне трудно назвать человеком того, кто сотворил такой кошмар с его матерью. Бешеный зверь и то оказался бы милосерднее.
Я стараюсь не думать о том, что этот проклятый урод сотворил с той семьей, которая дала его жене укрытие. Всех до единого уничтожил. Детей погубил. Чертов ублюдок должен умереть. Он заслуживает самой худшей и мучительной смерти.
Боже, а ведь это наверняка не единственные его преступления. Есть еще.
"- Романо отправил меня в приют, - говорит Арес после пары глубоких затяжек. - Он не собирался возиться с мальчишкой, хотя и приглядывал со стороны. Однажды сказал, будто сразу понял: раз я выжил, пробьюсь на вершину. В счастливый случай Сальваторе не верил. Чувствовал во мне бойца, но решил дать время, поглядеть, проявится ли особый талант. Дьявол раздери, я его не разочаровал. Пытался бежать из приюта раньше, чем научился ходить.
Помню ту историю. Мороз разливается под кожей. Арес тогда совсем мало рассказал, лишь дал понять, что обидчика своего наказал по полной.
- Мужик принял кражу как личную обиду, - криво усмехается. - Сопливый пацан вдруг обставил крутого босса. Беспризорник обчистил карманы за пару секунд. Такое трудно простить. Одну мою руку превратили в отбивную, а на второй я озверел. Сам плохо помню, как вырвался и завладел молотком.