Ну и что ей теперь делать, тоже просить у него прощения?
Она стояла молча и ничего не говорила. Внезапно Федулов широко улыбнулся.
— А знаете что, Анастасия Павловна? Приходите ко мне в гости, а? У меня замечательный дом на берегу Томинки, я вас с женой познакомлю, с родителями, детей своих покажу, у меня их трое. И собак покажу. У нас сегодня пельмени, настоящие, домашние, мама с самого утра лепит. Приходите, а? И будем считать, что мы с вами помирились.
Вот только походов в гости ей сейчас не хватало! Но мириться надо, никуда не денешься.
— Приду. Спасибо за приглашение. Говорите, куда и когда.
— А давайте прямо сейчас поедем, а? А что? Уже половина восьмого, рабочий день закончился, надо пользоваться моментом, пока никто не дернул. А то ведь с нашей работой, сами знаете, как бывает: только что-то запланируешь — и на тебе, выезд на место происшествия, кто-то кому-то башку проломил или еще что. Поехали?
— Поехали, — решительно сказала Настя.
Ну что ж, мириться так мириться. И в конце концов, если уж по большому счету, то из-за чего ей дуться на Дмитрия?
* * *С первых же минут Настя поняла, что Федулов обожает свой дом и гордится им. Она с трудом удерживалась от улыбки, разглядывая чудовищное, на ее взгляд, красное строение с желтыми, наличниками и совершенно дурацким петушком на коньке синей крыши. Весь коттеджный поселок был хорошо освещен множеством фонарей, да еще Федулов установил дополнительную подсветку на своем участке, так что даже зимним вечером все пиршество красок было отлично видно.
— Какое счастье, что у Мити такой большой дом и мы все в нем помещаемся, — открыто радовалась мать Федулова Зоя Михайловна. — У вас в Москве, наверное, дом получше нашего?
— Да что вы, — рассмеялась Настя, — мы с мужем живем в однокомнатной квартире.
— И правда, — вдруг спохватилась Зоя Михайловна, — что это я? Митя же сказал, что вы его коллега, тоже из милиции. А на милицейскую зарплату разве такой дом купишь?
И в самом деле, подумала Настя, на милицейскую зарплату такой дом совершенно точно не купишь. А жена у Федулова, как он сам говорил, не работает, с детьми сидит.