— Я сделал свой выбор, думать о тех жирных котах, что управляют городом мне вообще не интересно, ну и что, что они все из себя властные, мне до них вообще дела нет. Мы живем с ними в разных мирах, словно на расстоянии сотни миллионов световых лет, а твоя коленка, она вот она. Она близкая, теплая и родная.
— Пока ты меня за коленку трогал, я и слова не говорила. — Возмутилась в ответ Василиса. — А мне, для разговора, с этими, как ты выразился, «жирными котами» настрой нужен. Да куда ты ладошку убираешь, пусть уже лежит, где лежала! — Она глубоко вздохнула.
Черный тонированный Майбах, очередная новая машинка Василисы, припарковался перед зданием администрации. Василиса собрала совещание прямо с утра в понедельник, буквально потребовала, чтобы тут присутствовали все, от мэра Караваева, которого я, между прочим, за все это время не видел, не слышал и даже не знал, как зовут, до самого распоследнего подрядчика, занимавшегося уборкой улиц, сюда же пригласили и руководство фабрик и заводов, что были в собственности Института.
— Ну! — Василиса глубоко вдохнула, затем медленно выдохнула. — С богом!
— Сами справимся. — Перебил я ее, вылез из машины и оббежав вокруг, открыл дверь девушке, не нужный галантный жест, зато его увидели все и теперь меня будут воспринимать, как простого секретаря, шустрилу при хозяйке, а мне это на руку, меньше внимания к моей скромной персоне.
Такое количество народа не поместилось в зал для совещаний, и решено было собраться в актовом зале, эдакий пережиток советской эпохи, никто не знал, зачем они нужны в наше время, не было больше таких массовых собраний, не выступали коллективы, занимавшиеся художественной самодеятельностью, но все же, при проектировании здания администрации, актовый зал запланировали и даже построили.
На небольшой сцене стояли столы, за которыми сидели «лучшие люди» мэр, министры, главные подрядчики, я пробежался взглядом гадая, где тот человек, который в Караваеве дороги строит, по моему представлению, это должен был быть человек в золотом пиджаке, усыпанном бриллиантами, но такого вроде не наблюдалось.
Чиновники поменьше расположились в зале, и сейчас явно скучали, бездельничали либо же занимались своими чиновничьими делами, вроде раскладывания пасьянса на смартфоне.
Когда Василиса вышла на сцену, зал затих, вот он тот самый эффект, который производит очень красивая женщина.