Я уже смирилась с тем, что он любит Наталью, а на деле оказалось, что все это не так?
Бедной Тихой оставалось лишь посочувствовать, потому что она, как мне показалось, Марка любит искренне. А вот он, и я это уже точно поняла, пока не любит никого. Ни меня, ни Наташу.
**************
А она изменилась. Разительно так изменилась.
Стоя и глядя вслед своей бывшей невесте, Марк ощущал интерес и обиду.
Она его не поняла, или действительно говорила то, что думала на самом деле? Ему хотелось верить, что это не так.
Вознесенский отвел взгляд и пошел прочь, в сторону противоположную той, куда ушла княжна Туманова со своими друзьями-целителями и стражами из числа боевых магов. Марк знал обоих мужчин. Игорь и Влас были из личного отряда капитана Джурича. Обоих княжичу повезло наблюдать на тренировочном поле, и молодой маг не мог не признать, что это сильные солдаты и умелые маги.
Ступая в направлении винтовой лестницы, которая должна была поднять Марка на этаж, где находились общие комнаты для боевиков-практикантов, княжич продолжал размышлять.
Он не солгал Алексе, когда рассказал о своих чувствах. Он и сам не понял, когда изменил свое отношение к Тумановой.
Девушка оказалась не так проста, как раньше. За ее мягкой улыбкой скрывался сильный характер, и она ничем не уступала Наталье, которая прежде казалась Марку воплощением силы, столь редко проявляющейся у представительниц слабого пола.
- Вознесенский? – чей-то голос заставил княжича остановиться на середине лестницы и поднять взгляд.
Это был Молотов. Сержант спускался вниз и теперь в удивлении смотрел на практиканта.
- Почему вы разгуливаете по крепости, когда вам предписан отдых? – спросил спокойно военный.
Марк вытянулся по струнке и прижал ладонь к груди, отдавая честь старшему по званию.
- Я как раз направлялся в общую комнату после обеда, господин сержант! – четко ответил Вознесенский.
Михаил смерил его быстрым взглядом и кивнул.
- Хорошо. У вас была зафиксирована сильная потеря крови, поэтому сегодня вы не выходите на ночной дозор. У вас сутки на восстановление и ступайте отдыхать, Вознесенский.
- Да, господин сержант! – также четко ответил Марк.
Молотов спустился вниз, а княжич продолжил подниматься.
Грудь все еще болела.