- Вот и все, - сказала я и легко спрыгнула с подоконника. – Представление окончено.
Ваня и Игнат переглянулись, а Катерина последовала моему примеру, когда в тишине коридора прозвучал важный голос Молотова.
- Практиканты, все на практику. Приезд гостей еще не означает, что вы можете отлынивать от своих прямых обязанностей.
Катя закатила глаза, а Игнат простонал недовольно:
- Практика.
Идти на улицу в эту метель совсем не хотелось. Но полигоны для занятий магией располагались только там. По рядам молодых магов пробежал слаженный стон, но никто, конечно же, и не вздумал спорить.
- Я что сказал, живо все на практику. Дозорные могут получить оружие и выходите на стены.
Он сказал кое-то еще, прибавив к приказу несколько крепких словечек, предназначавшихся боевым магам, а затем в коридоре стало все пусто.
- Ну что, идем, - позвала я Золотову и она, кивнув, ответила:
- Вот бы на этого царя хоть глазком взглянуть!
Я пожала плечами.
"Когда несколько минут спустя мы вышли во двор и пошли через снег и ветер, бросавшимися на нас подобно голодным псам на кость, успела заметить, что во дворе, помимо военных из крепости, появились и царские люди.
Одетые в тяжелые плащи и шапки, они мало чем отличались от нас, если бы не отсутствие нашивок и странные узоры, которым были украшены их плащи на спинах.
Я успела разглядеть замысловатую серебряную вышивку в виде голов дракона, а затем прибавила шаг и почти побежала за Золотовой, приотстав от нее на несколько метров.
На полигоне нас ждали. Под купол, выстроенный Джуричем, запрыгнула почти с облегчением. Тут же скинула плащ, уронив его прямо на снег, и развернулась к горцу полная стремления показать себя. А еще… Еще мне отчаянно хотелось взглянуть на мужчину, чтобы понять что-то важное для себя. Чтобы поверить в то, что я тогда не ослышалась.
- Приступим, Туманова? – Джурич спокойно посмотрел на меня и вытянул руки, разминая длинные пальцы.
Я сняла с рук перчатки, сунула в карман плаща и распрямив спину, произнесла:
- Вы разрешите задать вам вопрос, господин капитан?
В его темных глазах мелькнуло что-то похожее на любопытство. Я знала, что не имею права задавать вопросы, но после того, что мы пережили вместе, надеялась, что для меня будет это маленькое снисхождение.