- Алекса, дорогая, - матушка подошла ко мне, лукаво взглянула сначала на Марка, затем на меня и с видом истинного заговорщика произнесла, - возможно, ты желаешь показать нашему дорогому гостю новый рояль, который отец подарил тебе на именины? – она взглянула на младшего Вознесенского и добавила: - Я слышала, вы большой любитель музыки, а Александра чудо, как играет."
"- С удовольствием взглянул бы на ваше новое приобретение, - ответил Марк, но при этом выглядел он несколько отстраненно.
- Давайте отпустим молодых, - уже громче, чтобы услышали все присутствующие в гостиной, заявила мама. – Я отправлю с вами Федора. На верхних этажах должно быть темно. Он понесет свечу.
Слуга явился на зов и сопровождал нас вплоть до дверей.
Несколько секунд стояла, слушая стук собственного сердца. Оно стучало так, будто ему было тесно в моей груди. Щеки горели огнем. Я ощущала этот жар и едва держала себя в руках, чтобы не прижать к лицу ладони.
Марк некоторое время стоял молча и рассматривал картину, висевшую над каминной полкой.
- Вот, взгляните, князь. Инструмент удивительный. А какое звучание! – я указала на рояль, а затем и вовсе подошла к нему, откинула крышку и сыграла бегло легкую мелодию, поражаясь стеснительности жениха.
Совсем не таким я представляла себе наше уединение. Вместо того, чтобы броситься ко мне с пылкими объяснениями, он стоял, заложив руки за спину, удивительно холодный и такой притягательно прекрасный, что в сердце щемило от восторга.
- Отличный звук, - наконец соизволил он сказать несколько слов, а затем взглянул мне в глаза. – Александра, - произнес и тут же извинившись, спросил, - вы позволите называть вас по имени.
- Да, - ответила я и затаила дыхание, все еще уверенная в прекрасном завершении этой беседы.