Я сбил файрбол прямо на вылете, вызвав взрыв над головами орков. Замечательный получился такой френдли файр — с десяток орков просто исчезли, испарившись в пламени магического термобарического снаряда. И шамана что-то не видно, видать и ему прилетело...
— Гарс! — окрикнул меня Бенидан, и я обернулся.
На песке пляжа стояли две большие шлюпки, и люди оттуда махали нам руками.
— Побежали!
Песок противно скрипел под ногами, пока мы бежали к шлюпкам, сломя голову.
— Ну наконец-то, — бандитская рожа одного из лодочников сверкнула гнилыми зубами.
— Кто вы? — спросил Бенидан.
— Вас интересует кто мы, или спастись от этих обезьян?
— Второе, — сказал я.
— Ну тогда поплыли. Пусть ваши люди сядут за весла, — распорядился лодочник.
Мы столкнули шлюпку на воду и быстро заняли места.
Когда орки увидели, что добыча уходит, раздался многоголосый вой, и уцелевшие бодро рванули к пляжу, мечтая добраться до нас раньше, чем мы отплывем. Поздно, мы уже прошли пару кабельтовых. Особенно отчаянные орки бросились вплавь, пытаясь за нами угнаться, но стрелки их быстро угомонили.
С неба сорвалась огромная молния, пытаясь поразить шлюпки. Я даже ничего не успел осознать, не то, что сделать — внезапно из навершия посоха рвануло вверх сияние, накрывшее нас полупрозрачным куполом, от которого эта молния отразилась и скользнула к источнику — стоящим на пригорке жрецам Мгеба. Бахнуло так, что я припомнил разрыв снаряда. На месте жрецов сверкнул огонь и потом там осталась только дымящаяся воронка.
— Ни ... себе! — непроизвольно вскрикнул лодочник. — Поднажали!
Нашим и понукания не требовались — весла и так мелькали, отбрасывая воду. Я следил за берегом, который почернел от орков — да, я явно ошибся в их количестве. Или жертва сканирования мозга видела не всю армию Тафари, или по пути к ним подошло подкрепление — но тут, даже без учета тех, что я уничтожил, было сотни три. У меня даже мелькнула ассоциация про пляж в курортный сезон — так кучно стояли орки.
Но нет, все обошлось. Шлюпки стукнулись о борт корабля, сверху полетели штормтрапы, и мы начали взбираться наверх, на палубу. Я уходил с шлюпки последним, перед лодочником. Крепкие матросские руки помогли мне перелезть через фальшборт, и, наконец, я оказался на выбеленных солнцем и морем досках палубы.