На шоссе сейчас выйду, попутку поймаю до станции. И – домой!
– Садись уж! Попутку она поймает, видите ли… – Он снова усмехнулся.
Нина залезла в знакомый грузовичок и, усевшись поудобнее, подумала: «А как повезло-то, что Сергей этот опять попался! А то… тащилась бы до шоссе… Часа полтора бы тащилась. А устала так, словно вагоны грузила». Она прислонила голову к окну и прикрыла глаза. Он посмотрел на нее, но ничего не сказал. Она не заметила, как уснула, а когда открыла глаза, увидела, что за окном уже сумерки, солнце зашло, и машина быстро и уверенно мчится по широкому шоссе.
– Не доехали еще? – удивилась она.
Он кивнул – не доехали."
"– До станции? – снова удивилась она.
– До столицы, – скупо обронил он и включил маленький радиоприемник, висевший на переднем зеркале.
Нина посмотрела на него, но вопросов задавать не стала. Почему-то поняла, что вопрос ее прозвучит глупо, очень глупо. И еще раз подивилась тому, что с ней происходит в данный момент. Да и вообще в ее жизни.
По радио своим нежным, глубоким и волнующим голосом запела Майя Кристалинская.
– Ну, бывай, Нина Сергеевна! Иди отдыхать – день у тебя выдался…
– А вы? – От смущения она перешла на «вы».
– А мы, – усмехнулся он, – к приятелю. В Мневники. Друг там мой закадычный, старый дружок. Вот и повидаемся наконец. С оказией, что называется. – Помолчал и тихо добавил: – Сидел я, Нин.