Человеку, задумавшему перелезть через такую стену, потребовалась бы, как прикинул Страйк, либо стремянка, либо помощь сообщника, который мог бы его подсадить, либо прочная веревка.
Он соскользнул по стене на мостовую и сдавленно застонал, приземлившись на протезированную ногу.
— Ерунда, — сказал он, когда Робин тревожно ахнула; она заметила у него легкую хромоту, но подумала, что это растяжение.
От похода по булыжной мостовой натертая культя разболелась еще сильнее. Жесткая конструкция протеза не была рассчитана на ходьбу по неровной поверхности.
3
— А ты уверена, что он сыщик? Этим может заниматься кто угодно. Пробивать людей по компьютеру.
У Мэтью было скверное настроение: на работе он разбирался с претензиями недовольного клиента и получил выволочку от нового начальства. А теперь еще поневоле выслушивал наивные и неоправданные, по его мнению, восторги невесты в адрес другого мужчины.
— Он этим не занимался, — возразила Робин. — Это я пробивала людей по компьютеру, а он тем временем разбирался с другим делом.
— Робин, мне не нравится такой расклад. Твой босс ночует в офисе. Тут что-то нечисто, неужели до тебя не доходит?
— Я же тебе объяснила: по-моему, его только что выставила подруга.
— Ее можно понять, — сказал Мэтью.
Робин с грохотом составила тарелки одну в другую и отнесла на кухню. Она злилась на Мэтью и слегка досадовала на Страйка.
— Слушай, я же ничего не говорю. — Мэтью остановился на пороге кухни. — Просто, если тебя послушать, он какой-то странный тип. И что это за вечерние прогулки?
— Никаких вечерних прогулок не было, Мэтт. Нам потребовалось осмотреть место пре… нам потребовалось осмотреть то место, где, по мнению клиента, произошли некие события.
— Робин, к чему эти тайны мадридского двора? — засмеялся Мэтью.
— Я дала подписку о неразглашении, — бросила через плечо Робин. — И не имею права обсуждать с тобой подробности дела.
— «Подробности дела»! — презрительно фыркнул Мэтью.
Расхаживая по тесной кухне, Робин убирала приправы и хлопала дверцами кухонных шкафов. Наблюдая за движениями ее фигурки, Мэтью почувствовал, что хватил через край.