В 1870-е годы она получила свое знаменитое прозвище ""Сонька — Золотая ручка"", ее хорошо знали и уважали в преступном мире. Она создала свою воровскую шайку, в которую вошли ее родственники, бывшие мужья и другие люди, в ней состоял даже шведско-норвежский гражданин М. Якобсон. Все они безоговорочно подчинялись Соньке, и хотя жили за сотни верст друг от друга, часто собирались в Москве или другом городе для обсуждения своих воровских операций."
"Помощников себе Сонька подбирала среди пропойц, нищих, бедняков, пользовалась огромным авторитетом у ""марвихеров"" — карманных воров высокой квалификации, с респектабельной внешностью, говоривших даже на иностранных языках, но умевших и незаметно вытащить у богача ""кожу с бабками"" (кошелек с деньгами).
Сонька всегда одевалась по последней моде, носила парижские шляпки, дорогие меховые накидки и ротонды; в своих разъездах по России она останавливалась в шикарных отелях, но инкогнито, а за границей, где можно было вести себя более свободно, любила с шиком прокатиться в изящном экипаже с лакеем на козлах. Излюбленными местами ее отдыха были Крым, Пятигорск и модный тогда курорт Мариенбад, и везде она выдавала себя за титулованную особу — аристократку из высшего общества.
Авантюризм, желание всех обмануть и перехитрить, жажда острых ощущений были у нее в крови, а находчивость ее была просто поразительна. Однажды, когда в ее доме неожиданно появилась полиция, Сонька бросила имевшиеся у нее бриллианты в самовар. Порой она даже озорничала в своих похождениях, как это было, например, в Витебске. Галантный следователь окружного суда предложил ей стул почти рядом с собой, и, отвечая на его вопросы, она так яростно жестикулировала, что сумела вытащить из его жилета золотые часы с цепочкой.
Примерно 15 лет жизни Соньки прошли в угаре воровских успехов. И хотя в полицейских участках и на судебных заседаниях ей не раз предъявляли обвинения в многочисленных кражах, мошенничестве и организации преступных групп, она легко уходила от наказания, всегда отрицая свою вину.