Он заставлял девушку раздеться догола и затем, потрепав ее по ягодицам, вернее сказать, потискав ее за ягодицы, приказывал перед ним испражняться. Прямо на пол, посреди комнаты! Налюбовавшись наложенной кучей, ставил девицу на четвереньки, и она должна была поедать все это месиво, выставив старику на обозрение свой измаранный дерьмом зад. Он в это время занимался рукоблудием и изливался в тот самый момент, когда кушанье оказывалось съеденным. Вы понимаете, господа, что согласных на такое свинство девушек, да к тому же молоденьких и пригожих, не так-то легко сыскать.
Тут будет реклама 1
Но я их находила, ведь в Париже, если хорошенько заплатить, отыщешь все, что угодно.
Второй сходный пример являл собой клиента, также требовавшего абсолютного послушания от девушки; но так как старый развратник желал самых молоденьких, я ему их находила: среди девчонок куда легче отыскать согласных на всякие штучки, чем среди девиц с опытом.
Тут будет реклама 2
Я приготовила ему прехорошенькую цветочницу лет тринадцати-четырнадцати. Он является, снимает с девчонки все, что ниже пояса, щупает ее зад, заставляет ее попукать, затем закатывает себе пять или шесть клистиров и выпаливает все это в рот бедной девочке, которой приходится чуть ли не захлебываться волнами этого грязного потока. Сам же он сидит на бедняжке верхом, одной рукой накачивает свой довольно внушительных размеров член, а другой мнет девичий бугорок так, что может оставить ее без единого волоска.
Тут будет реклама 3
После шестого клистира этот субъект был готов продолжать, потому что кончить ему не удалось. Малютка, которую начало тошнить, умоляла отпустить ее подобру-поздорову, но он только рассмеялся ей в лицо и продолжал свое дело, пока наконец я не увидела, как из него потекло.
Наконец-то последний пример этих непотребств как основной страсти, хотя, уверяю вас, мы еще часто будем встречаться с ними, как с приправой к чему-то другому, явит нам старый банкир.
Тут будет реклама 4
Этому требовалась красивая женщина, но ей должно было быть между сорока и сорока пятью годами, и грудь у нее должна была быть отвислой как можно более. Оставшись с такой особой вдвоем, он обнажает ее, но только выше пояса, и крепко вцепляется ей в соски. «Прекрасное коровье вымя, – кричит он. – Эта требуха – лучшая подтирка для моего зада».
