— И как тут что-то искать? — спросил я сам себя, обходя холл по кругу.
Я старался держать ухо востро. Вот сейчас бы Мунин просто как разведчик тут сильно пригодился бы… Может, стоило взять его с собой?
Ладно, в следующий раз.
Вскоре выяснилось, что особняк Чарышниковых совсем немаленький. Левое крыло заканчивалось большим залом, в котором было установлено много столов, и валялись остатки каких-то механизмов. Были здесь и полностью пустые помещения, в которых стоял затхлый запах. В одном из закутков я обнаружил спуск в подвал.
Успеется.
Правое крыло изгибалось буквой «Г», и когда-то было, по все видимости, жилым. Тут я нашёл несколько спален с истлевшими матрасами и остатками кроватей, разбросанными полусгнившими книгами и такой же одеждой.
Брезгливость сейчас была неуместна, поэтому осмотрел найденные книги — но это оказалась художественная литература. Какие-то женские романы, детективы и проза, фантастика, если судить по обложкам.
Закончив беглый осмотр первого этажа и не найдя ничего интересного, я решил подняться на второй. Каменная лестница, местами уже с отколовшимися ступенями, и в одном месте заваленная осколками крыши, доверия не внушала — но всё-таки выдержала.
Оказавшись в коридоре, я направился к ближайшей двери — и тут же услышал за ней чьё-то бормотание…
Это были не колдуны, но что-то магическое там имелось…
При себе у меня хватало защиты.
Мощный удар по ней с обратной стороны я погасил за секунду. Послышался хруст, вой, и кто то упал. Я толкнул дверь, вложив в это действие немного жизненной силы. Створка ускорилась настолько, что отшвырнула тело на несколько метров. Оно сбило ещё одного человека, когда я заскочил внутрь.
В просторной комнате, оборудованной под ночлежку, были бомжи!
Не сдержавшись, я расхохотался, и тут же отклонился, пропуская перед собой удар битой.
Шаг вбок, удар локтём — и третий оборванец оказывается на полу.
— Иди-ка сюда, — я приморозил пол под ногами четвёртого.
Он заскользил, выронив штакетину, и тут же нарвался на мощный джеб.
Челюсть хрустнула, я бросился к последнему бродяге — и пропустив его замах над собой, ударил в солнечное плетение.