Фабьен промычала что-то равнодушное.
— Ты приедешь? — спросил Майкл.
— Зачем? — спросила она.
— Как зачем? — удивился он. — У нас премьера. Все захотят тебя видеть.
— Всем плевать, Майкл, — сказала она. — Ты тоже можешь не ехать. Этот фильм никто не увидит, он не выйдет в прокат.
— Что значит — не выйдет? — переспросил Майкл. — Его пустят на три тысячи кинотеатров на пять недель!
— А ты не хочешь пять дней и три кинотеатра? — спросила Фабьен.
— Что?
— Спасибо твоему Ларри. Это его прощальный подарок в честь моего изгнания.
— Подожди, ты точно ничего не путаешь?..
— Ты считаешь меня идиоткой?.. — вспылила Фабьен.
— Господи, — Майкл потер лоб.
Провал этого фильма в прокате для него был не особенно ощутим, свой гонорар он уже получил. Но если Ларри взялся за дело всерьез, то критики обязательно сожрут картину с дерьмом. А то и хуже — проигнорируют. А значит, вся работа — его работа — весь их труд был впустую. Фильм никто не увидит. Его покажут в трех кинотеатрах, наверняка — в самое неудачное время.
Это был подарок не только для Фабьен. Это была угроза и для него. Чтобы не забывал, с кем имеет дело, и что на кону.
— Вот ублюдок.
— У тебя все? — нетерпеливо спросила Фабьен.
— Почему ты снова с этим уродом? — быстро спросил Майкл. — Ты в порядке? Тебе нужна помощь?..
— Все нормально. Он просто заботится обо мне.
— Он псих, ты не слышишь, как он с тобой разговаривает?
— Я его люблю, — отозвалась она.
— Ты же пыталась уйти от него столько раз!..
— Мы помолвлены.
— Что?..
— Я беременна.
— От него?.. — наивно переспросил Майкл.
Фабьен рассмеялась, как будто он задал невероятно глупый вопрос.
— С тобой я всегда предохранялась, — насмешливо бросила она. — Я не вернусь, Майкл. Ни к тебе, ни в Америку. И перестань мне писать, Гийом не любит, когда вокруг меня есть другие мужчины.
— Потому что он закомплексованный ревнивый урод?.
— Потому что он может себе это позволить, — сказала Фабьен, и Майкл с неприятным удивлением расслышал в ее голосе нотки гордости. — Потому что он мужчина, который не боится быть неудобным.
— А я боюсь?.. — с вызовом спросил Майкл.
— А ты — красивая подстилка для Ларри, — спокойно сказала Фабьен. — Ты, твоя Виктория… вы все.
Майкл начал возражать, но Фабьен повесила трубку, не дослушав.