А потом, когда пил кофе, задал себе уже не в первый раз за день — за многие дни — вопрос: «Может, хватит уже играть в эту глупую игру?».
Ведь получить ответы на вопросы так просто. Стоит сделать пару телефонных звонков, а потом немного подождать. И все досье на Ирину — простите, на Ираиду Павловну — будет у него на руках. Кому нужно это дурацкое благородство? Ведь Ирка сама правду не скажет. И так и будет загонять себя — и его заодно — в какие-то нелепые рамки. А ведь там наверняка какой-то пустяк, он был уверен.
Он отхлебнул кофе, хмыкнул своим мыслям. Что-то внутри противилось такому развитию событий. Он по-прежнему хотел, чтобы она сама ему все рассказала. Нет, сейчас он хотел этого даже сильнее.
"Так. А может быть, вопрос именно в доверии? Не рассказывает, потому что не доверяет? Гоша покрутил чашечку на блюдце. Потом покрутил эту мысль в голове. Скорее всего, так оно и есть. Беда в том, что и Гоша не был любителем распахивать перед каждым встречным душу. Правда, Ира — не каждая встречная. Да, это уже вот так. К тому же, он ей рассказал не так уж и мало. Даже про тот позорный эпизод с женой Полковника, про который сам Гоша категорически не любил вспоминать.
Как же еще убедить тебя, Иришка? Гоша в один глоток допил кофе. И усмехнулся неожиданной идее. Говорят, всемером можно и батьку бить. А так же еще — Ираиду Павловну измором брать!
***— Ираида свет очей моих Пална!
— А? — Ира от неожиданности едва не выронила из рук чашку. Они собирались пить чай. И в этот вечер за чайную церемонию отвечала Ира. А Гоше нравилось наблюдать за ней на своей кухне.
— Поехали завтра в гости?
— В какие гости?
— В званые.
Ира молча смотрела на него. Потом не спеша и методично расставила на столе чашки, тарелку с печеньем. Села напротив и подперла щеку рукой.
— Ты опять за свое. Гошка, ну почему ты упрямишься?
— А ты почему?
Она преувеличенно громко вздохнула.
— Вот что ты скажешь… Как меня представишь всем этим удивительным личностям?
— Очень просто. Я скажу: «Знакомьтесь, это Ирина».