Против него запоры бессильны.
— Да я о нем все позабыл начисто, — признался Арнольд. —Он что, глотает людей?
— Нет. Насколько я помню, только изжевывает в кашицу.
Дымок сгущался, принимая очертания исполинской серой фигуры Ворчучела. Друзья отступили в соседнюю камеру и заперли за собой следующую дверь. Нескольких секунд не прошло, как дым просочился и туда.
— Какая нелепость, — заметил Арнольд, кусая губы. — Дать себя затравить вымышленному чудовищу… Стой-ка! Водяной пистолет еще при тебе?
— Да, но…
— Давай сюда!
Арнольд поспешно зарядил пистолет водой из анкерка.
Ворчучело по-прежнему наступало.
— Вспомни! — воскликнул Грегор. — Никто никогда не останавливал Ворчучело водяным пистолетом.
Отступили в следующую каюту и захлопнули за собой дверь. Теперь друзей отделял от леденящего космического вакуума только кубрик.
— Нельзя ли как-нибудь профильтровать воздух? поинтересовался Грегор.
— Чужеродные примеси и так потихоньку уходят вместе с отработанным воздухом, но действие лонгстеда длится часов двадцать.
— А нет ли противоядия?
— Никакого.
Ворчучело снова материализовалось, снова проделывало это отнюдь не молча и уж совсем не любезно.
— Как же его изгнать? — волновался Арнольд. — Есть же какой-то способ! Волшебное слово? Или деревянный меч? Теперь покачал головой Грегор.
— Я все-все вспомнил, — ответил он скорбно.
— И чем же его можно пронять?
— Его не одолеешь ни водяным пистолетом, ни пугачом, ни рогаткой, ни хлопушкой, ни бенгальскими огнями, ни дымовой шашкой, — словом, детский арсенал исключен.
— Ох уж этот Флинн и его неугомонная фантазия! Так как же все-таки избавиться от Ворчучела?
— Я же говорю — никак. Оно должно уйти по доброй воле.
А Ворчучело успело вырасти во весь свой гигантский рост. Грегор с Арнольдом шарахнулись в кубрик и захлопнули за собой последнюю дверь.
— Думай же, Грегор, — взмолился Арнольд.
— Ворчучело не прикончишь, — твердил свое Грегор. Вновь начинало явственно вырисовываться красно-крапчатое чудище. Грегор перебирал в памяти все свои полночные страхи.
И тут (еще чуть-чуть — и стало бы поздно) все ожило в памяти.
Управляемый автопилотом, корабль мчался к Земле. Ворчучело чувствовало себя на борту полновластным хозяином.