Некоторые идиоты, вроде Оуен-Кларка, соглашались, что эти женщины ни в чем не уступают мужчинам.
После таких бесспорных проявлений безграничной любви к нему со стороны жены мистер Морчек почувствовал, что неприятные ощущения после вчерашней ночи постепенно улетучиваются. Мира между тем ничего не ела. Он знал, что она имела привычку перекусить без него, с тем чтобы все свое внимание переключить на то, чтобы накормить мужа. Вот эти так называемые мелочи и делали обстановку в доме совершенно особенной.
- Оуен-Кларк сказал, что у тебя замедленная реакция.
- Неужели? - спросила Мира, немного помедлив. - Эти примитивисты воображают, будто им все известно.
Это был правильный ответ, но было очевидно, что он чуть-чуть запоздал. Мистер Морчек задал жене еще несколько вопросов. Время реакции он проверял по секундной стрелке на кухонных часах. Сомнений не было - ее реакция запаздывала.
- Почту принесли? - быстро спросил он ее. - Кто-нибудь звонил? Я не опоздаю на работу?
Спустя три секунды она раскрыла рот и снова его закрыла.
- Я тебя люблю, - было все, что она смогла вымолвить. Мистер Морчек почувствовал, как у него тревожно забилось сердце. Ведь он ее любил! Любил безумно, страстно! Но этот проклятый Оуен-Кларк был прав. Миру нужно подлечить Казалось, она читает его мысли. Она вновь оживилась и произнесла"
"- Я хочу только одного, дорогой, чтобы ты был счастлив. Кажется, я заболела..
Она закрыла лицо руками. И заплакала - беззвучно, чтобы не досаждать ему.
- Это будет обычная проверка, дорогая, - сказал Морчек, сам едва сдерживая слезы. Но он знал, также как и Мира, что она действительно больна.
""Как это несправедливо! - думал он. - Примитивная Женщина с ее грубым мозговым веществом почти не подвержена таким болезням.
Мира снова оживилась. С усилием поднялась на ноги. Она была очень красива. На ее щеках выступил болезненный румянец, а утреннее солнце высветило ее прекрасные волосы.