— Он сардонически улыбнулся. — Ее мать и я пытались разубедить ее, но она настаивала. А так как только она среди нас может скреннировать, то пусть поступает по-своему.
— Даже с нашей помощью у вас очень мало шансов пережить Охоту, — произнесла Мила.
— Если меня убьют, — поинтересовался Баррент, — как же сбудется ваше предсказание? Помните, вы видели меня смотрящим на собственный труп, разбитый на кусочки.
— Помню, — согласилась Мила. — Но ваша смерть не помешает предсказанию. В таком случае оно сбудется с вами в другом воплощении.
Баррента это не успокоило.
— Что мне делать?
Старик протянул кучу лохмотьев.
— Наденьте это, а я поработаю над вашим лицом. Вы, мой друг, станете мутантом.
***
Вскоре Баррент вышел на улицу, одетый в старую выцветшую рванину. Под ней он сжимал иглолучевик, а в свободной руке держал чашу для подаяний. На лбу лежали чудовищные морщины, а нос расползся чуть не до ушей. Охотничьи пометки были спрятаны.
Мимо торопливо прошагал отряд Охотников, едва удостоив его взглядом.
Пожалуй, после окончания Игр он сможет вновь появиться в обществе. Вполне вероятно, если ему удастся пережить Охоту и увильнуть от Игр, его наградят особо.
Баррент увидел еще одну группу приближающихся Охотников. Их было пятеро, и среди них — Тем Рейд, внушительный и гордый в новенькой форме Убийцы.
— Эй ты! — крикнул один из Охотников. — Не видел здесь Дичи?
— Нет, Гражданин, — ответил Баррент, почтительно склонившись и сжав под лохмотьями иглолучевик.
— Не верьте ему. Эти проклятые мутанты всегда лгут.
Группа прошла, но Тем Ренд задержался.
— Ты уверен, что не видел поблизости Дичи?
— Абсолютно, Гражданин, — сказал Баррент, не определив, узнал ли его Ренд. Он не хотел убивать; кроме того, он не был уверен, что в состоянии это сделать — у Ренда была мгновенная реакция.
— Ну, если ты увидишь Дичь, — произнес Ренд, — то посоветуй не гримироваться под мутанта.
— А почему?
— Надолго этого трюка не хватит, — безразлично сказал Тем. — Максимум на час. Потом засекут информаторы.