- Потерял под Виксбургом, - объяснил Бен, перехватив потрясенный взгляд Бартолда. - Но ничего. С любым готов драться - один на один одолею его левой рукой и обрубком правой.
- Ничуть не сомневаюсь, - растерянно откликнулся Бартолд. - Восхищен вашим мужеством, сэр. Подождите меня здесь. Я... я сейчас вернусь.
Бартолд стремительно проскочил сквозь входной турникет салуна и сразу бросился к флиперу.
Калека не вписывался в его планы.
Бартолд перенесся в Пруссию 1676 года. Располагая привитым под гипнозом знанием немецкого языка и одеждой соответствующего фасона, он бродил по пустынным.
Стоял полдень, но улицы были диковинно, до жути безлюдны. Бартолд все шел да шел, и в конце концов повстречался с монахом.
- Берталер? - призадумался монах. - А-а, вы о старике Оттс-портном! Он теперь живет в Равенсбрюке, добрый господин.
- Это, наверное, отец, - возразил Бартолд. - А я ищу сына, Ганса Берталера.
- Ганса... Конечно! - Монах энергично закивал. потом метнул на Бартолда ехидный взгляд.
- Совершенно уверен, - сказал Бартолд.
- Вы найдете его у собора, - ответил монах. - Пойдемте, я и сам туда направляюсь.
Бартолд последовал за монахом. Берталер был наемным солдатом, воевал по всей Европе. Таких у собора не найдешь... Разве что, подумал Бартолд, сгоряча ударился в религию...
- Вот и пришли, господин, - сказал монах, останавливаясь перед благородным, устремленным ввысь зданием. - А вот и Ганс Берталер.
Бартолд увидел на ступенях собора человека в лохмотьях. Рядом лежала бесформенная шляпа: а в шляпе - два медяка и хлебная корка.
- Нищий, - брезгливо пробормотал Бартолд, - Но все же, не исключено...
Он пригляделся внимательнее и заметил пустые, бессмысленные глаза, отвисшую челюсть, подергивающиеся губы.
- Душераздирающее зрелище, - сказал монах, - В битве со шведами Ганса Берталера ранило в голову, к с тех пор он так и не пришел в себя.
Бартолд кивнул, оглянулся на пустынную соборную площадь, на безлюдные улицы.
- А где все? - спросил он.
- Да неужто вы не знаете, господин? Все бежали из Кенигсберга, кроме него да меня. Ведь здесь Великая Чума!
Бартолд в ужасе отшатнулся и побежал по пустынным улицам назад, к флиперу, антибиотикам и любому другому году.
Предчувствуя неотвратимый крах, промчался Бартолд сквозь годы в Лондон конца XVI века. И в таверне ""Медвежонок"", что близ Грейт-Хергфорд Кросса, осведомился о некоем Томасе Бартале.